В ходе состоявшейся в Москве 8 апреля 2026 года Коллегии Росрыболовства были подведены итоги деятельности «рыбохозяйственного комплекса» страны в 2025 году и поставлены задачи по его дальнейшему развитию на 2026 год. Из, казалось бы, рядового, рутинного мероприятия она превратилась в своеобразный исторически значимый отчёт властей всех уровней об успехах проводимой в последнее десятилетие модернизации отрасли посредством «инвестквот — квоты под киль» и «аукционов на доли квот вылова».
Такое значение проведённого мероприятия было ещё и обусловлено участием в нём знаковых руководителей федерального уровня, таких как заместитель Председателя Правительства Российской Федерации Д. Н. Патрушев, Министр сельского хозяйства О. Н. Лут, первый заместитель Председателя Совета Федерации Российской Федерации А. В. Яцкин, председатель Комитета по аграрным вопросам Госдумы В. И. Кашин.
Присутствовал на Коллегии ряд сенаторов, депутатов Федерального Собрания Российской Федерации, представители региональных органов власти, союзов, ассоциаций, объединений рыбной отрасли. Словом, весь цвет российского рыбного чиновничества и профессионалов рыбной отрасли. К тому же работа Коллегии транслировалась по видеосвязи во все приморские и рыбные регионы страны.
Невольно возникало ощущение происходящего чего-то ВЕЛИКОГО. Чего? «А не отчёт ли это властей всех уровней и прежде всего "единороссов" (именно члены этой партии рулят рыбной отраслью последнее десятилетие) в преддверии предстоящих сентябрьских выборов в Госдуму?».
Безусловно, всё это, и главное — к каким выводам пришли в ходе своей коллективной работы участники Коллегии, заслуживает серьёзного анализа относительно услышанного и увиденного на ней. Полагаю, что это сделают в будущем специалисты, учёные и отраслевые союзы, ассоциации. Со своей стороны привлеку внимание всех, кому небезразлично положение дел в рыбной отрасли, к ряду прозвучавших на Коллегии показателей и высказываний, которые, по моему мнению, мягко говоря, лукавые и далеки от фактического положения дел.
БУДЬТЕ В КУРСЕ
Власти всех уровней в своих выступлениях на Коллегии особо подчёркивали значение и вклад рыбной отрасли в обеспечение продовольственной безопасности страны. Отмечалась и её роль в экономико-социальном развитии приморских регионов России.
Вместе с тем руководители отрасли, как и представители федеральных органов власти, продолжают утверждать, что они подводят итоги деятельности в 2025 году и ставят задачи на 2026 год в «рыбохозяйственном комплексе». Это прозвучало в выступлениях заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Д. Н. Патрушева, первого заместителя Председателя Совета Федерации Российской Федерации А. В. Яцкина, председателя Комитета по аграрным вопросам В. И. Кашина, губернатора Мурманской области А. В. Чибиса; не говоря уже о руководителе Федерального агентства по рыболовству И. В. Шестакове. Последнему, как одному из «отцов» данного термина, как говорится, и карты в руки.
Между тем вынужден в очередной раз напомнить, что такого направления в экономике, да и в правительственной системе страны, как «рыбохозяйственный комплекс», нет и не было. Напомню, что законодательно существует и обязательно для всех властных структур только одно определение — это «рыбное хозяйство», чаще именуемое с разных трибун и в СМИ как «рыбная отрасль». Об этом и надо было вести серьёзный анализ положения дел в рыбной отрасли на заседании Коллегии. Однако пошли по другому пути, ублажая себя и огорошивая слушающих множеством показателей-цифр в «рыбохозяйственном комплексе», которые не отражают действительного положения дел в рыбном хозяйстве страны.
В выступлениях Д. Н. Патрушева, А. В. Яцкина, В. И. Кашина, И. В. Шестакова, А. В. Чибиса пафосно констатировалось, что построено по программе «инвестквот — квоты под киль» 47 новых, высокоэффективных судов из запланированных 106 и 25 рыбоперерабатывающих заводов из запланированных 27. Вместе с тем не было приведено ни одной цифры об объёме вылова этими новыми высокоэффективными судами и их доли в целом в годовом российском вылове.
Аналогичные сведения не приведены и по итогам работы вновь построенных 25 рыбоперерабатывающих заводов. Какова их загруженность, что они производят и куда поставляется выработанная ими рыбопродукция? Предполагаю, что эти фактические данные, видимо, неутешительные, либо ими не владеет руководство Росрыболовства.
Справедливости ради отмечу, что в выступлении Д. Н. Патрушева было упомянуто, что вылов на одно добывающее судно (имея в виду вновь построенное) достиг 60 тыс. тонн в год, тогда как ранее не превышал 15–20 тыс. тонн. Правда, Дмитрий Николаевич, полагаю, сознательно либо по неведению не упомянул, что вылова в 60 тыс. тонн достигли рыбаки на БМРТ «ПЁТР ПЕРВЫЙ» постройки ещё в 90-х годах, правда, модернизированном. Ничего общего этот показатель не имеет с вновь построенными рыбопромысловыми судами по программе «инвестквот — квоты под киль».
Шестаков И. В. в своём отчётном выступлении подчеркнул как достижение, что в 2025 году было произведено 4,1 млн тонн рыбной продукции при фактическом вылове в 4,7 млн тонн. Получается, что выход продукции от сырца составил почти 90 %. Реально ли это? Напомню, что в лучшие для рыбной отрасли времена выход рыбопродукции от сырца едва превышал 70–75 %. Каждая домохозяйка знает, что если купить карпа, треску, горбушу, сельдь или минтай и разделать их, то съедобной части от силы остаётся 65–70 % от веса целой рыбы.
Весьма неутешительны и показатели экспортно-импортных операций с рыбой и рыбопродукцией за 2025 год, хотя на Коллегии они прозвучали как достижения. Экспорт составил 2,1 млн тонн стоимостью 6,2 млрд USD; импорт — 0,7 млн тонн стоимостью 3,5 млрд USD. Из этих сведений следует, что продаём своё добротно-естественное дёшево, а покупаем загранично-искусственно выращенное дорого. Плох отечественный продавец-купец.
При всём при том такой совсем уж лукавый показатель, как «уровень самообеспеченности рыбой и рыбопродукцией» населения страны, составил в 2025 году почти 123 %! Как это может быть выше 100 %? Правда, и этот лукавый показатель оказался почти на 23 % ниже, чем был в 2022 году. Но и он не ясен не только населению страны, но и специалистам: «А что собой представляет этот "уровень самообеспечения..." для меня, обычного потребителя рыбы, и каково его экономико-социальное значение?» Об этом ни слова.
Обеспечен в 2025 году и рост объёмов производства продукции товарной аквакультуры по сравнению с 2024 годом. Он составил чуть более 393 тыс. тонн. Однако и этот показатель всё же ниже уровня 2023 года. К тому же в эти обобщающие сведения включают ещё и посадочный материал, который, как известно, на народный стол в этом году не попадёт. Вновь лукавая статистика.
Как достижения приведены отдельные экономические показатели, такие как рост оборота организаций, прибыли и поступление общей суммы налогов и сборов в бюджетную систему страны по сравнению с прошлыми годами. Действительно, имеется рост. Но за счёт чего он обеспечен? За счёт роста производства и его эффективности или других факторов? Ответа нет. Между тем он — этот рост, полагаю, во многом определялся ростом цен на рыбу и рыбопродукцию, увеличением сборов за право промысла, проводимыми властями грабительскими аукционами на право вылова определённых квот, колебаниями курсового показателя рубль/доллар.
К тому же на Коллегии совершенно «забыли» вспомнить о существующих долгах компаний и фирм банкам за кредиты на постройку судов под программу «инвестквот — квоты под киль». А она, как ранее упоминалась на прошлых Коллегиях, составляет значительную сумму — около 1,1–1,2 трлн рублей. Куда она испарилась? Или её уже погасило государство? Нет, она существует и давит на отрасль. Вопрос этот требует своего решения. А возможно, это реальный путь к банкротству ранее прибыльных компаний и их последующей продаже посредством аукционов новым собственникам — «денежным мешкам»? Не исключена и возможная национализация обанкротившихся компаний.
Ещё более загадочно прозвучал и такой важнейший показатель, по существу суммарная оценка работы всего рыбного хозяйства, как потребление в 2025 году рыбы и рыбопродукции населением страны. В докладе Ильи Шестакова этот показатель составил 25,8 кг/чел./год, а по данным Владимира Кашина, прозвучавшим тоже в его же докладе и на данной Коллегии, — всего 22 кг/чел./год. Кому верить? Федеральному чиновнику или депутату — Председателю Комитета по аграрным вопросам Госдумы?
Напомню, что оба показателя касаются потребления рыбы населением страны в сырце. Но и они ниже уровня, ранее достигнутого ещё в 2012 году и составлявшего 27,2 кг/чел./год.
Между тем Минздрав России рекомендует, и Президент России В. В. Путин поддержал, норму потребления рыбы и рыбопродукции в 28 кг/чел./год. И это в весе съедобной части рыбы и рыбопродукции, а не в сырце. Если перевести озвученные Шестаковым 25,8 кг/чел./год и Кашиным 22 кг/чел./год в сырце в вес съедобной части, то тогда они составят всего 15–18 кг/чел./год. Последний показатель весьма далёк от рекомендуемых Минздравом 28 кг/чел./год. Как его достичь? И насколько реально это при той рыбохозяйственной политике, которая ведётся властями в последние десятилетие? Об этом на Коллегии — ни слова. Не говоря уже о продолжающемся росте цен на рыбу и рыбопродукцию.
Из всех пяти выступивших на Коллегии федеральных и региональных представителей власти (только им было предоставлено слово; обсуждения никакого не было) приземлённым к реальности, диссонансным к озвученному федеральными чиновниками прозвучало выступление председателя Комитета по аграрным вопросам В. И. Кашина и губернатора Мурманской области А. В. Чибиса.
Кашин В. И. напомнил о значительных природных составляющих, которыми располагает Россия для развития как морского рыболовства, так и аквакультуры. При этом он подчёркивал, что в недалёком прошлом, в советский период, в границах современной России добывалось 7,9 млн тонн, что почти вдвое выше, чем в настоящее время. Кашиным В. И. было предложено установить в качестве целевого показателя вылова в 2030 году не менее 7,0 млн тонн.
Губернатор Мурманской области Чибис А. В. привёл ряд фактов, которые показали те сложности, возникшие в рыбной отрасли области в последние годы. Им был внесён ряд предложений по снятию тех барьеров, которые мешают её развитию. К сожалению, этот посыл губернатора остался, по моему мнению, пока не услышан руководством Росрыболовства.
Невольно возникает вопрос: «А куда же рыба, выловленная нами, да ещё и новыми судами, уплывает с нашего народного стола?». Всё туда же, как и в прошлые годы — за бугор... Половину из выловленной гоним на экспорт, оголяя внутренний рынок страны и взвинчивая розничные цены на неё. Рыбный российский капитализм интересуется только прибылью. Социальные вопросы — не его вахта.
Что касается будущих целевых установок для «рыбохозяйственного комплекса» на 2026 год и на перспективу, в пределах видимого горизонта к 2030 году, то здесь упомяну только вылов, производство аквакультуры и экспорт, прозвучавшие в выступлениях руководства на Коллегии. Они должны составить соответственно к 2030 году: вылов чуть более 6,0 млн тонн и аквакультура — 618 тыс. тонн, а экспорт должен возрасти до 8,0 млрд USD. Скромные задачи, но и достичь их при существующих темпах роста и тех организационно-управленческих механизмах на федеральном уровне, которые применяются в настоящее время, нереально. К тому же Д. Н. Патрушев положительно оценил итоги за прошедший период программы «инвестквот — квоты под киль» и сказал, что здесь «мы на правильном пути», продолжим так следовать и далее. Последнее не только не соответствует действительному положению дел в этом направлении, но и расходится со многими оценками практиков рыбной отрасли. Последним слово для выступления на Коллегии не было предоставлено. Полагаю — вполне осознанно. Могли испортить «единороссам» бочку мёда.
Так вот и завершилась Коллегия в «лучших традициях современности» — награждением отличившихся за прошедший год, включая и коллектив учёных отраслевого научно-исследовательского института ВНИРО, что справедливо. Последние удостоились государственной награды России — ордена Почёта, но при этом забыли даже упомянуть, что ранее, ещё в СССР, институт был в 1983 году награждён орденом Трудового Красного Знамени. Не обошлось, к сожалению, и без восхваления руководства «рыбохозяйственного комплекса», что, по моему мнению, незаслуженно и смахивает на подобострастие перед вышестоящей властью.
Всё это свидетельствует о необходимости поиска новых подходов по развитию рыбной отрасли страны, основанных на реальном положении дел в каждом бассейне. При этом необходимо учесть их специфику и нацеленность на решение социальных проблем проживающего на них населения, а также мировой положительный опыт тех зарубежных стран, которые действительно добились впечатляющих успехов в развитии своего морского рыболовства и аквакультуры. Разработать такие подходы — цельную программу развития рыбного хозяйства страны — возможно только объединив усилия региональных приморских органов власти всех уровней, учёных и специалистов-практиков рыбной отрасли. Такой подход должен привлечь и депутатов, сенаторов Федерального Собрания Российской Федерации, которые намерены в сентябре 2026 года вновь выдвинуть свои кандидатуры для избрания в Госдуму на очередной срок.
Комментарии читателей (0):