Кир Стармер, Эммануэль Макрон и Джорджа Мелони ведут себя так, будто больше боятся рынков облигаций, чем России, считает старший приглашенный научный сотрудник Европейского политического центра Пол Тейлор. Драматическая отставка министра обороны Великобритании Джона Хили в знак протеста против нежелания премьер-министра Великобритании Кира Стармера наращивать инвестиции подчеркивает, насколько политически сложным стало поиск этих столь необходимых ресурсов, отметил он в колонке для The Guardian.
В резком письме об отставке ранее крайне лояльный Хили написал Стармеру: «Вы не смогли, а Казначейство не захотело, выделить ресурсы, необходимые стране для защиты в это время растущих угроз». Он также указал на растущий разрыв между амбициями Великобритании как сопредседателя «коалиции желающих» – предоставить гарантии безопасности Украине и восстановить свободу судоходства в Ормузском проливе – и финансированием, которое правительство готово предоставить.
Сам премьер-министр Великобритании в резких выражениях обозначил риск новых войн в Европе, заявив во время визита к производителю беспилотников в этом месяце: «По нашим оценкам разведки и оценкам других стран НАТО, нападение России на НАТО может произойти уже в 2030 году». Москва уже перешла к военной экономике, тратя на военные нужды около 8% своего валового внутреннего продукта (ВВП), пишет Тейлор.
В условиях экономической неопределенности, когда стоимость государственных заимствований выросла по всему западному миру, нежелание увеличивать государственный долг на нужды обороны вполне объяснимо. Однако это рискует оставить ослабленные вооруженные силы Европы в опасном положении, поскольку США при Дональде Трампе отходят от европейской безопасности.
Существует возможный выход из этой дилеммы: совместное заимствование средств на оборону с заинтересованными европейскими союзниками по НАТО, создание надежного актива в евро – то, чего финансовые рынки добивались с начала долгового кризиса в еврозоне в 2010 году. Идея еврооблигаций остается политическим табу в Германии, но Берлин согласился на разовое совместное заимствование для поддержки экономики ЕС во время пандемии COVID-19. Облигации на оборону должны стать еще одной исключительной мерой, оправданной исключительной геополитической чрезвычайной ситуацией.
БУДЬТЕ В КУРСЕ
В прошлом году Европейская комиссия предоставила странам ЕС дополнительные возможности для заимствований в рамках пакета мер, направленных на ускорение расходов на оборону. Государствам-членам было разрешено заимствовать дополнительно 1,5% ВВП на военные расходы сверх обычного для ЕС лимита дефицита бюджета в 3% без каких-либо дисциплинарных мер со стороны Брюсселя. Однако комиссар ЕС по экономике Валдис Домбровскис на прошлой неделе признал, что большинство стран не используют эту возможность в полной мере, хотя предполагалось, что она позволит привлечь дополнительные 650 млрд евро на оборонные расходы по всему континенту.
Некоторые союзники действительно быстро увеличивают военные расходы – особенно Германия, Польша и страны Балтии – потому что у них низкое соотношение долга к ВВП, и они могут позволить себе брать кредиты. Страны НАТО договорились на саммите в Гааге увеличить расходы на оборону до 5% ВВП к 2035 году. Из этой суммы 3,5% предназначено для основных военных расходов, а остальные 1,5% – для сопутствующих затрат, таких как дорожная, железнодорожная, мостовая, портовая и аэропортовая инфраструктура; для облегчения быстрой переброски войск и техники; и для защиты энергетических и коммуникационных сетей.
Германия планирует достичь своей цели по основным оборонным расходам в 3,5% к 2029 году, но Великобритания пообещала достичь 3% только в следующем парламенте – то есть после 2029 года. Хили заявил, что предложенная Великобританией траектория приведет к показателю в 2,68% только к 2030 году, в то время как во Франции и Италии этот показатель достигнет 2,5% к концу десятилетия. План инвестиций в оборону Великобритании отстает на шесть месяцев, оставляя промышленность и международных партнеров в неопределенности на фоне ожесточенных споров в кабинете министров о том, как его финансировать. Эти разногласия теперь вышли на поверхность после отставки Хили.
Предшественница Стармера на посту премьер-министра Лиз Трасс была вынуждена уйти в отставку всего через 45 дней после того, как ее мини-бюджет, обещавший снижение налогов и дополнительные заимствования, вызвал обвал фунта стерлингов и государственных облигаций. Великобритания платит премию за риск по сравнению с сильно задолженными странами еврозоны отчасти из-за этого фиаско: в настоящее время она платит инвесторам 4,92% за 10-летние облигации по сравнению с 3,72% для Франции, 3,83% для Италии и 3,05% для Германии. Французам также следует опасаться «бдительных» игроков на рынке облигаций, поскольку сменяющие друг друга премьер-министры Макрона уже два года пытаются принять бюджет в условиях парламента, где ни одна партия не имеет большинства.
Великобритания также предпочла остаться вне запланированного Банка обороны, безопасности и устойчивости, оставив Канаде и Люксембургу ведущую роль в создании института, который мог бы помочь финансировать крупные оборонные проекты, причем в дополнение к расходам на национальную оборону. Если британское правительство не осмелится брать кредиты в одиночку и откажется от всех форм коллективного финансирования, это приведет к непопулярным сокращениям других инфраструктурных проектов или социальных расходов. Альтернатива – смириться с невыполнением целей НАТО и признать, что европейская безопасность от этого ослабнет.
Как сообщал REX, отставка Хили стала внезапным неприятным сюрпризом для Стармера.
Комментарии читателей (0):