Россия переходит в наступление не только на военном, но и на дипломатическом фронте

Павленко о «формуле мира» Медведева: Россия наступает на дипломатическом фронте
14 марта 2024  21:13 Отправить по email
Печать

Зампред Совета безопасности России Дмитрий Медведев выступил с планом мирного урегулирования украинского конфликта из семи пунктов. В основе его лежит безоговорочная капитуляция киевского режима с международным признанием его нацистского характера, отставкой органов власти и формированием на Украине временного парламента с задачей объявить о воссоединении с Россией. О том контексте, который может вырисовываться вокруг этой инициативы, рассуждает обозреватель REX Владимир Павленко.

Прежде всего, можно однозначно исключить «самодеятельный» характер предложений Медведева; официальное должностное лицо этого уровня никогда не скажет ничего от себя лично, а лишь то, что отражает линию государственной политики, считает эксперт. Практически не вызывает сомнений связь этого заявления со вчерашним интервью президента России Владимира Путина журналисту Дмитрию Киселеву. В том интервью обращают на себя внимание два фрагмента, которые представляются наиважнейшими в том, что касается перспектив урегулирования.

Первый:

Сейчас вести переговоры только потому, что у них патроны заканчиваются, – это как-то нелепо с нашей стороны. Мы готовы, тем не менее, к серьезному разговору, и мы хотим разрешать все конфликты, и тем более этот конфликт, мирными средствами… Мы знаем различные варианты, о которых идет речь, знаем те «морковки», которые нам собираются показывать, для того чтобы убедить нас в том, что момент настал… Но мы должны четко и ясно понимать для себя, что это не пауза, которую противник хочет взять для перевооружения, а это серьезный разговор с гарантиями безопасности Российской Федерации.

Гарантии безопасности нашей стране – это вопрос к коллективному Западу во главе с США и НАТО. Собственно, это продолжение разговора, прерванного политическим руководством Североатлантического альянса на стыке 2021 и 2022 годов, когда Запад отклонил российские предложения о системе коллективной безопасности, сделав неизбежным военное решение этого вопроса, о чем тоже упоминается в интервью. Приведенный фрагмент – это констатация неизбежности возврата к этому разговору, но уже не на прежних условиях, а на базе новой реальности, сложившейся, как говорит Путин, «на земле», то есть на линии фронта и в динамике военных действий в целом, считает политолог.

БУДЬТЕ В КУРСЕ

Второй фрагмент:

Вы сейчас обратили внимание, один из участников беседы сказал: мы обнаружили с удивлением, что там такие же русские, как и мы (ответ на вопрос Киселева – В.П.). Мы пришли на помощь этим людям… Если мы бросим сегодня этих людей, то завтра наши потери могут возрасти многократно. И у наших детей не будет будущего, потому что мы будем чувствовать себя неуверенно, будем являться страной третьего-четвертого сорта, с нами никто не будет считаться, если уж мы сами себя не можем защитить. И последствия могут быть катастрофическими для российской государственности.

Это – констатация того, что сложилось «на земле». А также, что сложится дальше, ибо такие же русские люди в своем большинстве на Украине, точнее, в бывшей УССР, везде практически. Даже во Львове, где я учился в 70-е годы в военном училище, надписи по городу были на украинском, но говорили в основном по-русски. И близко не было ощущения, что находишься «за границей». Поэтому защита соотечественников, не только от бандеровцев, но и от поползновений НАТО, пример с поляками, которые, по словам президента, если зайдут, то уже не выйдут, – императив любого урегулирования. Он является не меньшей по важности гарантией безопасности, чем отказ НАТО от претензий на украинскую территорию, уверен Павленко. НАТО на Украине, по словам Путина, – «интервенты».

Вот этим двум фрагментам, которые наиболее показательны, разве сказанное Медведевым противоречит? Нет, это одна из форм реализации того, о чем говорил президент. Другое дело, что у Медведева много чего еще есть с точки зрения конкретики, но это вопрос о том, какое положение «на земле» сложится на тот момент, когда Запад созреет для того, чтобы «серьезный разговор», о котором говорилось в интервью, с Россией вести. Плюс еще один важный момент. Медведев вполне обоснованно говорит о том, что конфликты далеко не всегда заканчиваются переговорами – а именно мысль о безальтернативности переговоров нам пытаются внушить посредники. Переговоры – это когда имеется воля к компромиссу на взаимной основе, а если ее нет, как в данном случае, то речь идет о капитуляции. То есть наша готовность к переговорам, о которой говорил Путин, отнюдь не отменяет возможности варианта с капитуляцией, подчеркивает политолог. Не забудем: с белым флагом, о котором один из таких потенциальных посредников на днях говорил, обычно выходит та сторона, которая обсуждает не компромисс, а как раз капитуляцию, ибо у нее нет другого выбора.

Следующая важнейшая сторона вопроса. Мы знаем, что пытаясь предотвратить капитуляцию Киева и напугать Россию, Запад призывает к объединению вокруг так называемого «швейцарского мирного плана», о неприемлемости которого и об отсутствии доверия к швейцарской дипломатии уже не раз заявлял российский МИД. Под этот план до лета хотят провести там конференцию, на которую завлечь Россию, чтобы продиктовать нам свою волю. То, о чем сказал Медведев, опрокидывает эту одностороннюю картинку. Нам по сути выдвигают ультиматум, мы его отвергаем, выдвигая встречный ультиматум и уравновешивая тем самым перекосы в международном обсуждении этого вопроса. Пока такого ответа не было, создавалась иллюзия безальтернативности западных притязаний, что недопустимо. А вот теперь будет с чем сравнивать инициативу Берна, а на самом деле НАТО. Всему миру теперь наглядно показано, какая пропасть лежит между «хотелками после применения психотропных веществ», по словам Путина, и реальным положением вещей, обращает внимание эксперт.

Подчеркнем: все это происходит после провального вояжа Владимира Зеленского в Турцию, где ему президент Реджеп Тайип Эрдоган, судя по всему, крепко вправил мозги, предложив забыть о своей «формуле 1991 года», которую Запад положил в основу «швейцарского плана». И уже после этого, буквально вчера, объявлено о том, что сроки визита в Турцию российского лидера будут оперативно согласованы. Это означает, что после выборов отсчет времени до такого визита пойдет на дни, возможно даже на часы. Ничего не хотелось бы предвосхищать, но похоже, что процесс может сдвинуться с мертвой точки в такую сторону, где места швейцарским инициативам – и конференциям – попросту не останется. Тем более, что в Киеве набирает обороты масштабный кризис или «вакуум» легитимности, на фоне которого уже идут утечки о готовности военных совершить очередной переворот, полагает Павленко.

Вот по совокупности этих факторов выход заявления Медведева именно сейчас отнюдь не случаен. Но нужно понимать, что открывающиеся перед нашей дипломатией возможности – заслуга военных, героев СВО, которые разгромом киевского «наступа» и перехватом стратегической инициативы создали эти возможности на дипломатическом фронте. И это, как встарь, общая заслуга фронта и тыла, резюмирует обозреватель REX.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Считаете ли вы необходимым запретить никабы в РФ?
Нужно ли ужесточать в РФ миграционную политику?
93.2% Да
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть