Почему закон «Об образовании» и образование в России несовместны?

Законодательное понятие «образовательные услуги», по мнению «Единой России», напрягает педагогов, а по мнению КПРФ, унижает не только их, но и всех нас...
11 мая 2022  16:54 Отправить по email
Печать

Законодательное понятие «образовательные услуги», по мнению «Единой России», напрягает педагогов, а по мнению КПРФ, унижает не только их, но и всех нас. Понятие надо удалить из закона. Однако удастся ли его вытеснить из жизни? Вымарывание из текста закона той или иной фразы мало что дает. По существу, напрягает и обижает учителей и родителей сам текст закона «Об образовании». Всем стилем своего изложения и языковыми оборотами. Гегелевский текст по сравнению с ним кажется детской песенкой. Слова в тексте закона вроде составлены из букв русского алфавита, но смысл не пробивается сквозь буквенную оболочку. Они не поддаются ни, как говорят музыканты, чтению с листа, ни после многократного прочтения. Либо поверьте, либо проверьте:

«Предметом регулирования настоящего Федерального закона являются общественные отношения, возникающие в сфере образования в связи с реализацией права на образование, обеспечением государственных гарантий прав и свобод человека в сфере образования и созданием условий для реализации права на образование (далее — отношения в сфере образования)».

А «отношения в сфере образования — совокупность общественных отношений по реализации права граждан на образование, целью которых является освоение обучающимися содержания образовательных программ (образовательные отношения), и общественных отношений, которые связаны с образовательными отношениями и целью которых является создание условий для реализации прав граждан на образование».

При этом под образованием понимается

«единый целенаправленный процесс воспитания и обучения, являющийся общественно значимым благом и осуществляемый в интересах человека, семьи, общества и государства, а также совокупность приобретаемых знаний, умений, навыков, ценностных установок, опыта деятельности и компетенции определенных объема и сложности в целях интеллектуального, духовно-нравственного, творческого, физического и (или) профессионального развития человека, удовлетворения его образовательных потребностей и интересов».

Нетрудно доказать невозможность операционализации всего набора слов или, проще говоря, объяснить их профессиональную непригодность. Еще проще спросить об этом учителей, но лучше и этого не делать, чтобы не оказаться в неловком положении. Короче говоря, жизнь сама по себе. Заглавные сюжеты закона никак не реализованы в его последующем тексте, как того требует правило юридической техники. Их даже зазубрить невозможно. Они стали правовыми излишествами, дискредитирующими сам закон. И ссылки на него не иначе чем угодничество.

Нельзя было поощрять амбиции авторов закона «Об образовании» еще на его законопроектной стадии, как и поощрять иллюзии объять необъятное. Невозможно прописать то фундаментальное явление, что называется в законе общественно значимым благом. Оно, это понятие, охватывает всё российское человечество, с рождения и почти до окончания жизни, в его прошлом, настоящем и будущем измерении, которое к тому же каждый день переписывается и переосмысливается. Что нужно было бы сделать и что можно сделать сейчас? Ограничить народнохозяйственную сферу просвещения одним законом — об основной общеобразовательной школе. Конституция Российской Федерации именно это предписывает, говоря об этом институте как о всеобщем обязательном общедоступном бесплатном среднем образовании. Вот — область приложения государственных и общественных усилий и ресурсов и одновременно объект и предмет регулирования. Здесь сходятся все субъекты общественных отношений в прямых и опосредованных контактах друг с другом.

Учителя в такой школе должны быть отнесены к категории государственных гражданских служащих, о чем они давно мечтают. Все школы, обеспечивающие всеобщее обязательное общедоступное бесплатное среднее образование, должны стать исключительно государственными бюджетными учреждениями образования без разветвления на муниципальные и частные организации. На этом уровне образования частного образования не должно быть в принципе, иначе гармонизировать интересы личности, общества и государства будет невозможно ни теоретически, ни практически. Подчеркну: гармонизация интересов личности, общества и государства, как того требует Основной закон.

Индикатором бесполезности существования действующего закона «Об образовании» и необходимости полной реконструкции всей образовательной правовой базы можно считать неудовлетворенную потребность и непрекращающийся на общефедеральном уровне поиск ответов на вопросы, которые давным-давно должны были быть выяснены при правоприменении без всякой их цифровизации. С выяснения именно этих вопросов начал свою работу в качестве министра просвещения С. Кравцов. Видимо, выяснил, и теперь вправе обидеться на Общероссийский народный фронт — почему тот затеял крупнейшее исследование, а не удовлетворился мнением министерства. Тематическая площадка ОНФ «Образование» запустила «Комплексный мониторинг сферы общего образования» по следующим направлениям:

  • кадровое обеспечение сферы общего образования в субъектах Российской Федерации;

  • зарплата и нагрузка педагогических работников;

  • повышение квалификации учителей: доступность и актуальность программ;

  • материально-техническое состояние общеобразовательных организаций;

  • качество и стоимость услуг, предоставляемых интернет-провайдерами в школах;

  • обеспечение образовательных организаций школьными автобусами;

  • обеспечение безопасности образовательного процесса;

  • учебная нагрузка обучающихся;

  • обеспечение школьников бесплатными рабочими тетрадями и учебной литературой;

  • буллинг (травля) в школе.

Цель опроса: выявить недостатки при организации образовательного процесса в государственных (муниципальных) школах. Анонимно. Зреет конфликт? Тем более что выяснять ситуацию с оплатой труда, спрашивая об этом у учителей, можно до бесконечности. Сколько ответчиков, столько и ответов. Выводов всё равно не последует, так как до 2024 года санкционировано сохранение учительского зарплатного неравенства между регионами. В пяти российских регионах идет эксперимент, внедряется новая системы оплаты в Белгородской, Нижегородской, Сахалинской, Ярославской областях, а также в Республике Мордовия. Эксперимент предполагает, что на федеральном уровне будет определен размер должностных окладов и составлен перечень дополнительных выплат с размерами и условиями их назначения. Общероссийский профсоюз образования больше десяти лет требовал от правительства страны внедрения такой системы. Сейчас при одинаковом стаже и одинаковой нагрузке преподаватели могут получать абсолютно разную зарплату, причём суммы могут отличаться в 5-6 раз.

Полезнее было бы, если бы ОНФ попробовал связать полученные ответы на свои вопросы с национальным проектом «Образование», который существует уже 17 лет и нуждается в корректировке. Надо менять первый же показатель из таблицы показателей национального проекта. Этот показатель — «средневзвешенный результат Российской Федерации в группе международных исследований, место Российской Федерации». Значение показателя рассчитывается по результатам международных сравнительных исследований качества образования PISA, TIMSS, PIRLS, а также общероссийской оценки по модели PISA. 90% российских учителей используют мессенджеры и соцсети в своей работе, из них три четверти общаются в родительских и ученических чатах больше трех раз в неделю. Проектная ускоренная компьютеризация школ — шаг в правильном направлении, если бы сами школы не оказались в бедственном положении. Коэффициент износа основных фондов учебных заведений таков, что угрожает всей материально-технической базе учебных заведений. Для педагогов важнее отремонтированная крыша, чем компьютер.

Основная проблема реализации проекта — распределение денег на основе не до конца взаимоувязанных целей, задач и показателей. Бюрократический и монетарный подходы так и не улучшили учебники и КИМы ЕГЭ.

Менять надо не только это. Статус национального проекта предполагает определяющую роль гражданского общества, общественных организаций, профессиональных ассоциаций при патернализме государства. У нас пока всё иначе. Министерство разрабатывает проекты, руководит ими, распределяет деньги, не допуская процессуального контроля. Счетная палата, которой по закону предписано оценивать степень реализуемости целей проекта, свою функцию не исполняет. В результате национальный проект становится аппаратным действием в меру возможностей аппаратчиков.

И еще об одном, но самом важном для всех социальных национальных проектов — это их избирательность, точечность, локальность по методам реализации при всеобщности целей и задач. Кто-то убедил руководство, поскольку мы не можем обеспечить всеобщий и равномерный успех во всех без исключения школах, то надо выращивать лучших, а те уже помогут сдвинуть с места всю сферу в сторону развития. За 17 лет нацпроекта эта технология нужных результатов не дала, а обострила вопрос, что делать с остальными. Закрывать их, как и больницы, нельзя. Возить детей плохими дорогами в соседние сёла и районы — тоже не выход, к тому же опасно и дорого. Нужно менять технологию ориентации на лучших. Конечно, это хорошо для отчета и доклада, начинающегося всегда с отдельных достижений. В подлинной общероссийской образовательной деятельности внимание к слабым и помощь им должны быть несопоставимо больше, чем к сильным. Следовательно, надо заниматься улучшением работы всех тех образовательных учреждений, которые ещё остались в зоне риска. При сохранении точечной ориентации и локализации финансовой поддержки вряд ли можно надеяться на общественную поддержку проектов и эффект.

Российская система образования не раз подвергалась структурным преобразованиям. Сейчас она в целом и механизмы ее финансирования в частности структурно не сбалансированы, не устойчивы, требуют постоянной коррекции. Возможно, исключение из закона «Об образовании» строчки про «образовательные услуги» может стать началом реновации отрасли, если принять аргументацию авторов законопроекта Г. Зюганова, И. Мельникова, О. Смолина и превратить ее в официальную позицию Государственной думы, зафиксировав в постановлении палаты о принятии закона. Образование не является имуществом, оно также не является результатом выполнения работ или оказания услуг. В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации оказание услуги предполагает осуществление определенных действий (определенной деятельности) со стороны исполнителя и оплату со стороны заказчика. Либо услуга оплачивается из соответствующих бюджетных средств, если она оказывается потребителю бесплатно. В любом случае услуга представляет собой исключительно деятельность исполнителя услуги. Потребитель услуги если и совершает какие-либо действия, то только по указанию исполнителя услуги, его действия являются составными элементами деятельности исполнителя услуги. Образовательный процесс представляет собой совместную деятельность образовательной организации, педагога и обучающегося по реализации — освоению образовательных программ. Таким образом, образование (образовательный процесс) не является услугой ни коммерческой, ни социальной, как их определяет законодательство Российской Федерации.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
СВО на Украине закончится
67.3% Денацификацией и демилитаризацией всей без исключения территории Украины
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть