Предсъездовский пленум ЦК КПК: задачи и смысл

В Пекине открылся шестой пленум ЦК КПК XIX созыва
11 ноября 2021  12:43 Отправить по email
Печать

В Пекине открылся шестой пленум ЦК КПК XIX созыва. Важность этого события для страны требует пояснений для читателей, не заставших советский период отечественной истории или находившихся тогда в детстве. Руководящим органом правящей Компартии — так было в СССР, так сейчас и в Китае — является партийный съезд, который в КНР, как и в СССР, проводится раз в пять лет. В промежутке между съездами партией руководит Центральный комитет (ЦК), который раз в год — это в КПК, а в КПСС это происходило дважды в год — собирается на пленумы, на которых вырабатываются решения по ключевым вопросам внутренней и внешней политики правящей партии и, следовательно, возглавляемого ею государства. Именно такой пленум и стартовал в Пекине; поскольку нынешний состав ЦК был избран на XIX съезде в 2017 году, то и созыв именуется XIX; в отличие от КПСС, где пленумы ЦК именовались по названиям месяцев, в которые проходили (Майский, Ноябрьский такого-то года и т.д.), в КПК принято их нумеровать — от Первого, который проходит сразу по окончании съезда и на котором избирается партийное руководство, до нынешнего, Шестого. По сложившейся традиции китайские коммунисты на определенных пленумах каждого цикла, и XIX созыв не исключение, рассматривают определенные, повторяющиеся вопросы. В центр внимания Шестых пленумов как правило ставятся вопросы идеологии, а также кадровой политики, связанные с преемственностью власти. Это объясняется тем, что всего год остается до следующего партсъезда — XX съезд состоится в октябре — ноябре 2022 года, и пора, с одной стороны, подводить первые итоги, устанавливая их на определенную теоретическую базу и намечая новые задачи. С другой стороны, под эти задачи формируется и кадровый состав будущих лидеров, и задача пленума очертить определенный круг кандидатов на высшие посты. Далее уже съезд изберет Политбюро ЦК КПК, из состава которого будет, в свою очередь, избрана семерка членов Постоянного комитета Политбюро, высшего органа коллективного партийного руководства. В КПСС было несколько иначе. Посткома в Политбюро не было, но его состав делился на две части с разным весом и авторитетом — членов Политбюро и кандидатов в члены. И последнее в этой ознакомительной части. Состав Посткома не случайный, в нем предусмотрено участие руководителей, возглавляющих важнейшие направления партийной работы. Это генеральный секретарь ЦК, он же председатель КНР и Центрального военного совета (ЦВС) КНР, то есть партийный, государственный и военный руководитель, верховный главнокомандующий; сегодня это Си Цзиньпин. Это глава правительства — премьер Госсовета КНР, ныне Ли Кэцян. Это председатели парламента — ВСНП и высшего консультативного органа — Народного политического консультативного совета Китая (НПКСК) Ли Чжаньшу и Ван Ян (соответственно). Это руководитель Центральной комиссии по проверке дисциплины (ЦКПД), главного антикоррупционного партийного органа, сейчас этот пост занимает Чжао Лэцзы. Это куратор идеологической сферы и СМИ, ныне Ван Хунин, политик с особыми заслугами перед партией именно в идеологии. И это, наконец, заместитель (фактически первый) премьера Госсовета (по общим вопросам), сейчас Хань Чжэн.

Читайте также: Global Times: Компартия Китая учится на ошибках СССР

И нужно ли говорить, что кадрово-идеологический Шестой пленум из созыва в созыв привлекает к себе особое внимание именно из-за повышенного интереса к тому, кто именно войдет в следующий состав руководящей партийной семерки. В нынешнем году вокруг этой темы было особенно много слухов, а также спекуляций, куда ж без них; даже «конкурсы» в Сети на этот счет проводились. В частности, экспертное сообщество сильно перевозбудилось в августе, когда на Политбюро ЦК была утверждена выдвинутая Си Цзиньпином концепция «всеобщего процветания», положившая начало, как это конъюнктурно было преподнесено в западных СМИ, «раскулачиванию» олигархов. (На деле речь пока идет максимум о 15%-ном перераспределении сверхприбылей в пользу социального развития регионов, где эта прибыль получается). Кроме того, на празднование юбилея воссоединения с Китаем Тибета из центра был отправлен глава НПКСК Ван Ян. Сложив первое со вторым, ряд экспертов выдвинули предположение об обострении борьбы в партийном руководстве, которое, однако, дальнейших подтверждений не нашло. Кроме того, выяснилось, что Си Цзиньпину не с руки посещать регион второй раз за короткое время, ибо именно в Тибете он незадолго до этого побывал с инспекционной поездкой. Третий момент, подогревавший интерес к нынешнему пленуму, связан с конституционными изменениями 2018 года, отменившими обязательную ротацию высшего руководства КПК и КНР раз в десять лет. Непонятно, правда, откуда возникли предположения, что Си Цзиньпин передаст власть, ибо если бы все шло в этом направлении, не нужна была бы и коррекция Основного Закона. Впрочем, незадолго до нынешнего пленума стало известно, что главный кадровый вопрос, связанный с принятием резолюции, рекомендующей Си Цзиньпину сохранить пост лидера партии и страны на следующий срок, то есть как минимум до XXI съезда в 2027 году, перенесен на следующий год. И сейчас рассматриваться не будет. По большому счету это может говорить о том, что «по умолчанию» этот вопрос уже решен в пользу Си Цзиньпина, которому, во-первых, реальной альтернативы в руководстве не просматривается, а во-вторых, выдвинутая им программа фактического превращения Китая в сверхдержаву ориентирована на длительную перспективу до 2049 года. И не в партийных традициях КПК круто разворачиваться, особенно в условиях сложного внешнего противостояния с США и Западом. Среди экспертов высказываются не противоречащие друг другу предположения. И что Си Цзиньпин будет бессменно руководить Китаем до 2035 года, когда в стране по планам должна завершиться «социалистическая модернизация». А также что будет проведена некая реорганизация партийного руководства с восстановлением упраздненной Дэн Сяопином должности председателя ЦК КПК. Поскольку до съезда времени осталось мало, то это проблематично, хотя и не невозможно. Между тем за рамками существующих аналитических гипотез остается еще одна вероятность, отнюдь, кстати, не нулевая, связанная с развитием ситуации вокруг Тайваня. Нельзя исключить, что геополитические противники КНР в лице США, коллективного Запада, а также сепаратистского руководства правящей на острове Демопрогрессивной партии (ДПП), этого филиала Демпартии США, будь им официально известны концептуальные планы китайского руководства в кадровой сфере, вполне способны организовать крупную провокацию. В том числе военную. И давать им такой шанс, когда до съезда еще год, в КПК явно не намерены. Потому и не раскрывают карт, что мудро в условиях нынешней напряженности и неопределенности.

Читайте также: Как будет выглядеть переворот против Си Цзиньпина в Китае?

Гораздо интереснее на самом деле содержательная сторона пленума, которая обратила на себя внимание уже в первый из четырех запланированных дней работы. Помимо отчетного доклада, который, забегая вперед, составит основу подведения итогов XIX созыва ЦК на XX съезде КПК, важным и символическим значением наделено обсуждение проекта резолюции «О важнейших достижениях и историческом опыте КПК за сто лет борьбы». Документ был представлен и одобрен на заседании Политбюро 18 октября, а 3 ноября опубликован для всеобщего обсуждения. Выступая на пленуме, Си Цзиньпин давал по нему пояснения. Первое, на что обратили внимание наблюдатели: документ такого уровня за историю КПК предлагается всего лишь в третий раз. И поскольку до Си Цзиньпина это происходило при Мао Цзэдуне и Дэн Сяопине, тем самым констатируется уникальный вклад нынешнего лидера в становление страны. В китайской научной среде существует весьма авторитетное мнение, что ключевыми рубежами, предопределившими ход развития и нынешний облик страны, являются четыре даты: создание КПК в 1921 году, провозглашение КНР в 1949 году, принятие Третьим пленумом XI созыва в 1978 году курса реформ и открытости, а также XVIII съезд КПК, на котором Си Цзиньпин пришел к власти, провозгласив программу «великого возрождения китайской нации».

Приведем ряд тезисов нынешней «исторической» резолюции:

  • ключевая роль КПК, возглавившей и сплотившей народ в борьбе за прекращение «порабощения и издевательств», которым он подвергался с середины XIX столетия, с Опиумных войн, превративших Китай в фактическую колонию Запада;
  • вектор прогресса страны под руководством КПК, в рамках строительства социализма с китайской спецификой: революция, строительство, реформы; перечислены лидеры, под руководством которых КПК и КНР подошли к XVIII съезду: Мао Цзэдун, Дэн Сяопин, Цзян Цзэминь, Ху Цзиньтао. Среди бывших номинальных партийных лидеров, которым отказано в причастности к историческому наследству, предсказуемо остались Хуа Гофэн, Ху Яобан и Чжао Цзыян. Известно, что два последних имени связаны с «перестроечными», можно сказать, горбачевскими тенденциями в руководстве, а также с трагическими событиями 1989 года на площади Тяньаньмэнь, вызванными фактической попыткой государственного переворота. Заслуга в его разгроме и преодолении достаточно сложных последствий без сомнения принадлежит Дэн Сяопину и выдвинутому им в преемники Цзян Цзэминю, который именно поэтому долгие годы служил объектом нападок со стороны Запада и сторонников западной модели в самом Китае. (Для нас же в России особенно важен личный вклад Цзяна в восстановление между нашими странами партнерства и дружбы; именно с его именем связано подписание продленного в нынешнем году Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, а также создание ШОС);
  • с приходом Си Цзиньпина начался новый период, связанный с резким повышением статуса Китая в системе международных отношений, созданием материальных и культурных гарантий успешного решения дальнейших поставленных задач.

Поскольку и ход пленума, и контекст, в который он погружен, и содержательная сторона обсуждения привлекают самое широкое внимание, следует понимать, что именно в нашей стране, которая этим путем уже проходила, вопросов к тому, что происходит в Китае, должно быть меньше всего. В Пекине творчески переработали опыт советского НЭПа и максимально расширили его рамки, воспользовавшись благоприятной в свое время для КНР международной обстановкой. Прежде всего относительно свободным выходом на западные рынки, который в рамках курса реформ и открытости позволил Китаю в короткие сроки превратиться в «мировую фабрику». Приходя в страну, крупные западные компании несли с собой и технологии, которые Китай, как и Советская Россия во времена ленинских концессий, смог обратить себе на пользу, создав соответствующие механизмы инновационного взаимодействия. Благодаря этому, удалось в относительно короткие сроки модернизировать и перезапустить собственную промышленность. Сегодня выясняется, что, во-первых, вопреки призывам «возвратиться на родину», западные корпорации из Китая не торопятся уходить. Именно поэтому, несмотря на тарифные войны и санкции и также напряженные политические отношения, товарооборот между КНР и теми же США практически не уменьшается, сохраняясь на уровнях, превышающих 500 млрд долларов в год. При этом Пекин неизменно имеет в нем значительное положительное сальдо. Подоплекой курса «всеобщего благосостояния», на который Запад набросился, фарисейски «заступаясь» за крупный бизнес Поднебесной, который на примере «дела Huawei» еще недавно, с одной стороны, он всячески тормозил в развитии, а с другой, пытался получить к нему «инвестиционный» доступ, является перераспределение не только в социальной сфере. Но и создание мощного и развитого внутреннего рынка, что позволяется возросшим уровнем жизни и покупательной способностью граждан. Причем, как Си Цзиньпин заявил еще в мае прошлого года на Политбюро ЦК, речь идет о стратегии так называемого «двойного обращения». Углубленное развитие внутреннего рынка предлагается сочетать с прежней ориентацией на внешние рынки с тем, чтобы создать и апробировать инструменты и институты быстрого маневра ресурсами между ними в каждой конкретной точке развития, в зависимости от окружающей обстановки, ее тенденций и перспектив.

Если говорить с исторической точки зрения, то Китай, сохранив экономические «командные высоты», по В. И. Ленину, в руках компартии, развивает индустриализацию постепенно, сохраняя «НЭПовские» рыночные механизмы настолько долго, насколько это будет позволено конкретной ситуацией и тактикой противостоящих сил во главе с США. И чем более «на тоненького» эта тактика осуществляется, чем с большим количеством потенциальных рисков она сталкивается — тем более компенсируется укреплением партийного руководства и его централизацией. Истоки тех политических перемен, которые запущены в современном Китае конституционными поправками-2018, на наш взгляд, следует искать не в субъективном факторе формирующегося «культа личности» Си Цзиньпина. А в объективном росте турбулентности и динамики мировых процессов, беспрецедентном за столетие, как подчеркивается во всех руководящих документах КПК, начиная с XIX съезда.

Следует ли ожидать от пленума неожиданностей в предстоящие дни? Это крайне маловероятно. Тем более что политическая сторона принимаемых решений уже вполне приобрела очертания; в нее осталось внести лишь небольшие штрихи. С нашей, российской, «колокольни» никакие «потрясения», способные негативно отозваться на энергичности развития двусторонних отношений, в том числе товарообороте, за десять месяцев уже успевшем перешагнуть прошлогодний 100-миллиардный рекорд, прямо скажем, не желательны. И не нужны.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (1):

mvv9338388
Карма: 175
11.11.2021 18:27, #46597
Они все делают грамотно, расчетливо, умно! А мы в ж...пе! Путин это признал на Валдае, сказав, что капитализм умер! Тридцать лет, мою жизнь, псу под хвост!!! Кто за это ответит? Может спросим, пока живы? Чтобы другим неповадно было!!!
Мировое цифровое рабство
82.7% Реальность
ОДКБ заявила себя на мировой политической арене?
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть