Аналитический доклад «ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ–2020: ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ» (2012): Часть 1.

ИА REX публикует аналитический доклад «Центральная Азия: взгляд изнутри», подготовленный Интеллектуальным клубом «Алатау» / Центр социальных и политических исследований «Стратегия» (Казахстан). В первой части: Ещё раз к вопросу о терминологии. Центральная Азия и мировые державы.
13 сентября 2012  11:01 Отправить по email
Печать

Если сделать обзор материалов по рассмотрению и прогнозированию ситуации в Центральной Азии, то можно заметить, что они в своем подавляющем большинстве готовятся экспертными центрами и авторами, представляющими страны Запада и Россию, и конструируют различные варианты будущего ЦА, исходя из собственных видения, подходов и способов анализа. «Грешат» такие сценарии, прежде всего, идеологической предвзятостью, а также использованием оценочного подхода при описании тех или иных процессов, протекающих в регионе.

В этих условиях ощущается острый дефицит в анализе ситуации в регионе со стороны местных экспертов. К сожалению, за последние 20 лет мы (страны Центральной Азии) так и не сформировали о себе целостного видения. Нередко на экспертном уровне имеет место апеллирование к внешним оценкам без соответствующего их критического восприятия. При этом сохраняется преувеличение значения внешних факторов без полноценного учета внутренних процессов, которые зачастую и определяют тот или иной вектор изменений.

В целом, существует широкий спектр вопросов, на которые страны ЦА должны научиться давать собственные ответы: Что представляет собой Центральная Азия сегодня? Каковы основные характеристики геополитической борьбы в регионе, и происходит ли она вообще? Сформировалось ли представление о региональных интересах? Какими видятся главные угрозы безопасности в регионе? По каким сценариям можно прогнозировать развитие ЦА в следующие несколько лет?

Далее представлен аналитический доклад по результатам экспертного обсуждения, проведенного в рамках дискуссионного клуба «Алатау». В этом документе осуществлена попытка сформировать обобщенный взгляд на ситуацию в регионе глазами аналитиков, представляющих страны Центральной Азии. К дискуссии были приглашены эксперты из Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Узбекистана и России, специализирующиеся на внешнеполитической проблематике. Необходимо отметить, что позиции экспертов по многим вопросам не совпадали, даже оказывались противоречащими друг другу, что вполне ожидаемо с учётом представляемых ими стран, организаций (государственные или частные) и аналитических школ. Тем не менее, общее видение, все-таки, проявлялось, что и отражено в предлагаемом документе.

Ещё раз к вопросу о терминологии

После распада Советского Союза странами центральноазиатского региона закономерным образом была произведена переоценка собственной роли как субъектов геополитических и международных отношений, что помимо прочего отразилось на их региональной самоидентификации. Произошел отказ от закрепленного в советский период самоназвания региона «Средняя Азия и Казахстан» в пользу определения «Центральная Азия». По прошествии 20 лет определение «Центральная Азия» стало общеупотребимым, обозначая геополитическое пространство, куда входят пять государств бывшего СССР – Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. (Впервые предложение о переименовании региона было озвучено Нурсултаном Назарбаевым, которого поддержали лидеры других стран ЦА).

Однако вопрос регионализации Центральной Азии ещё не закрыт. В последнее время получили распространение различные толкования наименования региона и его возможных границ. В частности американскими геостратегами и западноевропейскими политологами продвигается понятие «Большая Центральная Азия», рассматривающее регион шире его традиционного понимания: кроме 5 бывших союзных республик в Большую Центральную Азию стали включаться Западная часть Китая (Синьцзян), Монголия, северные районы Ирана и Афганистана и Кавказ. При этом, как отмечают эксперты, термин БЦА не является новым, он озвучивался и использовался уже сто лет тому назад («Макиндеровский хартленд»). По оценкам российских экспертов, все имеющиеся варианты новой регионализации Центральной Азии во многом связаны с умозрительными конструкциями и попытками форматировать Центральную Азию крупными мировыми державами в своих геополитических интересах. Эти эксперты предлагают отделять терминологию внешнего, международного употребления от внутреннего, евразийского понимания границ региона. Однако не все эксперты согласны с попыткой противопоставить евразийское и американское понимание границ Центральной Азии, поскольку США имеет ясное представление о каждой отдельно взятой стране региона, и в реальной политике никогда их не спутает.

На международном уровне любое из этих названий считается экспертами корректным. Во внутриевразийском употреблении, по мнению некоторых экспертов, сейчас доминирует российский взгляд, которому характерен советский подход с делением региона на Среднюю Азию и Казахстан. Таким образом, эксперты признают, что со стороны главных международных игроков продолжается навязывание собственного видения характеристик центральноазиатской региональной общности. При этом эксперты называют и другие подходы, в зависимости от которых размеры региона также будут расширяться или, наоборот, сужаться. К примеру, в рамках историко-цивилизационного подхода регион охватывает обширную территорию, некогда представлявшую собой единый хозяйственно-культурный комплекс, и исторически сохранившую по сей день гуманитарные и культурные связи. Это не только 5 государств бывшего СССР, но и Пакистан, Афганистан, Синьцзян, Монголия, Южная Сибирь. С геоэкономической точки зрения регион начинается от Южно- и Западно-Сибирских регионов России и заканчивается, условно, в портах Ирана. Существует также инфраструктурный подход, при котором регион объединяется в единый энергетический, водный и транспортный комплекс. Таким образом, правильным представляется использование терминологии с учётом каждого из этих подходов. Для самих стран, по мнению экспертов, важно сформировать собственное видение региона, а не оставаться в плену чужой парадигмы восприятия. С этой точки зрения снимается вопрос о корректности используемой терминологии, так как бесполезно спорить о том, кем мы являемся для США, России или Китая. В любом случае, нас будут называть так, как этого требует геополитическая целесообразность и интерес конкретной державы в тот или иной ситуации.

Более продуктивной представляется дискуссия о том, насколько регион и отдельные страны обладают субъектностью в общемировом масштабе, каково реальное состояние внутрирегиональных связей (экономических, политических, социо-культурных и пр.), позволяют ли складывающиеся сейчас между странами региона отношения говорить о формировании региональной идентичности, готовы ли режимы центральноазиатских государств к осознанию общих интересов и их реализации.

Центральная Азия и мировые державы

Центральная Азия рассматривается как регион, где пересекаются интересы, как минимум, трех мировых держав – России, США и в последнее время Китая. При этом принято считать, что между этими державами существует жесткая конкуренция за доминирование в регионе. Не случайно большое внимание в экспертной среде уделяется вопросу сохранения баланса между интересами трех стран, нарушение которого оценивается как угроза для стабильности ситуации в регионе.

С таким подходом согласны не все эксперты. Есть мнение, что регион сам по себе расположен на периферии интересов мировых держав, поэтому зачастую разговоры о китайском или американском факторе в Центральной Азии носят гиперболизированный характер и являются возвратом к мифологии 1990-х годов. Для этой части экспертов более реалистичным кажется, что интерес крупных держав в регионе представлен чаще отдельными компаниями (ТНК), которые решают свои локальные задачи, а не странами. Тем не менее, наличие геополитической игры (большой или малой) в регионе признается всеми экспертов. Близость региона к международным «осям зла», расположение между Китаем и Россией, запасы минеральных ресурсов – эти и другие факторы гарантируют региону стабильный интерес со стороны крупных игроков.

Один из главных вопросов, который задается экспертами при обсуждении геополитической ситуации в ЦА, – это вопрос о доминирующей геополитической силе в регионе. Выяснилось, что преобладают две точки зрения по этому поводу:

По первому мнению, в регионе управляют по общей договоренности две мировые державы – США и Россия. При этом управление происходит, прежде всего, на гуманитарном уровне («управление смыслами»), когда формулируется и задается повестка дня для всего региона в целом. Условно, если США действуют через Голливуд, формируя картину мира, то Россия стремится влиять на регион через управление антропотоком (включающим в себя гуманитарные, языковые, миграционные направления, апеллирование к общей истории). В данной схеме экономика и политика – это уже второй, менее важный, уровень. С этой позиции Россия и США ведут в регионе согласованную игру, основанную на учете интересов друг друга.

Другим экспертам более вероятным кажется «заговор» иного порядка, между США и Китаем. Россия при таком глобальном раскладе просто встраивается в уже существующую схему для решения локальных задач.

Вместе с тем, по оценкам отдельных экспертов, нельзя исключать и другие геополитические расклады в ЦА. К примеру, рассматривается такой вариант, что США потеряли интерес к Центральной Азии и сосредоточили усилия в Большой Центральной Азии, где ключевой страной выступает Афганистан. В этой ситуации инициативу в регионе может захватить Китай, который является основным экономическим партнером стран Центральной Азии, особенно в нефтегазовом секторе.

С геоэкономической точки зрения в регионе параллельно протекают два глобальных процесса «сшивки и растяжения». Сшивка происходит через северо-восточную часть региона, включая Казахстан и Сибирь (проекты Таможенный Союз, ЕЭП).

Растяжение региона – это китайские и западноевропейские проекты, объединяемые под названием «Великий Шёлковый Путь». Именно эти два процесса сшивки и растяжения, по мнению отдельных экспертов, предопределяют экономическое развитие региона на ближайшие несколько лет.

Далее предлагаем рассмотреть видение экспертов относительно складывающихся отношений между Центральной Азией с каждым из трех основных игроков. 

Регион и Россия

Последние 20 лет характеризовались нивелированием позиции России в регионе. Однако в настоящее время эксперты отмечают попытки России по усилению собственного влияния в Центральной Азии, прежде всего, через реализацию новых интеграционных проектов на территории бывшего СССР. Движение в этом направлении уже сейчас проявляется в экономической и военно-политической сферах сотрудничества России со странами Центральной Азии. Конечная цель проекта – Евразийский Союз – новое политическое и экономическое объединение, где Россия отводит себе главенствующую роль. При этом действия российских властей по созданию Евразийского Союза зачастую носят форсированный и принудительный характер, что признают и российские эксперты.

Таможенный Союз, Единое Экономическое Пространство – это первые этапы плана России по восстановлению своих позиций на постсоветском пространстве. Далее стоит задача по максимальному расширению границ Евразийского Союза. Но на сегодняшний день в процесс интеграции с Россией из стран региона активно вовлечен только Казахстан. Поднимается вопрос о возможном вступлении в Таможенный Союз Кыргызстана, но вхождение этой страны в организацию в ближайшей перспективе вряд ли возможно. Другие страны Центральной Азии пока придерживаются выжидательной позиции – не отказываются от интеграции, но при этом и не стремятся туда, "сломя голову". Более или менее проявленной представляется позиция Узбекистана, который, по словам экспертов, считает нецелесообразным свое участие в евразийских интеграционных проектах. Последовательным шагом в этой связи является и выход РУ из ОДКБ.

Таким образом, интеграция постсоветского пространства на новых основаниях – это ключевое направление внешней политики России в ЦА в ближайшие несколько лет. Важность этой политики для России, по мнению экспертов, носит исключительный характер, так как это не просто реализация Россией своих имперских амбиций, а вопрос её выживания и дальнейшего сохранения в глобализирующемся мире. Однако результаты интеграционных усилий России пока не очевидны, они включают в себя больше элементов пропаганды и деклараций, а не реальных шагов.

Регион и Китай

Рассматривая «китайский фактор», эксперты исходят из постулата о неизбежности его присутствия в регионе. Это обусловлено, во-первых, особенностями экономического развития Китая, испытывающего в связи с динамичным ростом огромную потребность в энергоресурсах, в минеральном сырье, рынках сбыта продукции и т.п. Не случайно во взаимодействии с центральноазиатскими странами Китай делает главный акцент на экономическом сотрудничестве. Показателен пример с ШОС, который другими его участниками воспринимается как организация с сильной военно-политической составляющей, существующей в качестве противовеса НАТО, а для Китая – это, прежде всего, экономическая структура. Во-вторых, Китай очень сильно заинтересован в сохранении стабильного западного приграничья. Любая дестабилизация в центральноазиатском регионе несет серьёзные угрозы для безопасности самого КНР. Поэтому внешняя политика Китая в отношении Центральной Азии ориентирована на тесное взаимодействие с режимами региона.

При всем внешнем прагматизме политики Китая, проводимой в центральноазиатском регионе, у экспертов нет однозначного понимания ее целостной стратегии. К примеру, инвестиционная политика Китая вызывает у экспертов много вопросов. КНР вкладывает сюда огромные средства, но не предпринимает никаких действий, чтобы обезопасить свои инвестиции и обеспечить возврат вкладываемых средств.

Эксперты предполагают, что Китай либо изначально уступчив и не способен отстаивать свои позиции, либо ведет какую-то другую игру по известной только ему схеме, непонятной для внешнего окружения. Дискуссионным остаётся вопрос о возможной китайской экспансии. С одной стороны, вероятность захвата со стороны Китая – это миф, страшилка, которая давно гуляет по миру. Если бы Китай преследовал цель экспансии, то начал бы с соседней Монголии, чего пока не наблюдается – аргументируют свою позицию эксперты. С другой стороны, у отдельных экспертов есть ощущение, что у современного Китая постепенно пробуждаются имперские амбиции. Верным признаком империалистических устремлений Китая является его попытка гуманитарного воздействия на уровне региона. Показателен случай с официальной регистрацией Китаем эпоса «Манас» в ЮНЕСКО как китайского народного достояния. «Приватизации» подвергся Чингиз-хан, который признан на официальном уровне одним из величайших китайских императоров. Поэтому, по прогнозам экспертов, в ближайшее десятилетие мы станем свидетелем перерождения Китая – превращения его из благодушного соседа в прагматичную и жёсткую империю.

Регион и США

Одним из факторов усиления или ослабления роли США в Центральной Азии является возможность вывода ими войск из Афганистана к 2014 году. По мнению экспертов, несмотря на соответствующие заявления руководства этой страны, американцы вряд ли покинут регион в ближайшей перспективе. Слишком важное геополитическое значение имеет регион для США, и этот шаг будет неэффективен с прагматической точки зрения. В случае конфликтов в регионе Афганистан представляет собой идеальное место для дислокации военных сил западных держав. Поэтому вывод войск, если он даже осуществится, будет иметь частичный характер. Кроме того, как полагают отдельные эксперты, у американцев в Афганистане есть и конкретные бизнес-интересы – продажа электрогенераторов, производство наркотиков. К тому же, охрану стратегически важных для США объектов в Афганистане предположительно будут осуществлять сотрудники частных военных и разведывательных компаний (уже сегодня 60% состава ЦРУ - контрактники, а в Афганистане действуют около 30 ЧВК и ЧРК с американским присутствием).

Вместе с тем, эксперты отмечают, что Афганистан интересен для США не только как гипотетический плацдарм для дислокации военных сил или для бизнес-интересов. Военно-политическое присутствие США в Афганистане позволяет Вашингтону серьезно влиять на геополитический процесс в Большой Центральной Азии, оказывая геостратегическое давление сразу на Россию, Китай и Иран. В целом, США, в оценках экспертов, занимает тактически выигрышную позицию в Центральной Азии. Ни Китай, ни Россия на сегодняшний день не ведут на системном уровне ту работу с интеллектуальной и политической элитой региона, которую с высокой результативностью проводят США. В целом, обладая более широким перечнем инструментов влияния и проявляя последовательность в своей политике, США в ближайшее время оставляют все шансы для сохранения своей доминирующей роли в ЦА.

Таким образом, основной особенностью геополитической ситуации в регионе остаётся неизбежное присутствие интересов нескольких мировых игроков. Кроме Китая, России и США эксперты также называют Иран, Индию, Турцию, Пакистан и страны Европы в качестве потенциальных игроков в региональных процессах в Центральной Азии. Главной стратегией, которой придерживаются режимы региона в этой ситуации, по-прежнему, остается лавирование между интересами супердержав, проведение многовекторной и многоуровневой внешней политики.

Интеллектуальный клуб «Алатау» / Центр социальных и политических исследований «Стратегия» (Казахстан).

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Лукашенко для России?
66.1% Зло
COVID-19
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть