Референдум о придании статуса государственного русскому языку в Латвии. Варианты развития событий.

ИА REX публикует статью доцента экономических наука Александра Гапоненко «Референдум, как инструмент построения «латвийской Латвии»«, о предистории и возможных последствиях референдума о придании русскому статуса государственного в Латвии
1 февраля 2012  19:59 Отправить по email
Печать

На 18 февраля 2012 года в Латвии запланирован народный референдум, на который вынесен вопрос о повышении статуса русского языка до уровня государственного.

Правящая элита призывает латышскую часть населения прийти на референдум, проголосовать против введения второго государственного языка и тем самым показать русским их «настоящее» место в обществе. Имеется в виду показать, что русские являются людьми второго сорта. Призывы правящих «поставить русских на место» носят крайне истерическую форму, несмотря на то, что возможность изменить нормы Конституции, касающиеся статуса русского языка на референдуме полностью отсутствует из-за малого числа русских граждан. В чём же тогда смысл референдума и в чем причина столь неадекватного поведения правящей элиты?

Для понимания глубинного смысла предстоящего референдума необходимо обратиться к истории страны и разобраться в сути возникшего в ней двадцать лет тому назад «русского вопроса».

История возникновения «русского вопроса»

После распада СССР власть во Второй Латвийской республике захватила латышская национал-коммунистическая номенклатура. Легитимность своего правления она обосновала с помощью концепции строительства «латышской Латвии». Идеологию создания этнически (расово) чистого общества номенклатурная элита переняла у вернувшейся с Запада послевоенной латышской интеллигенции.

Строительство «латышской Латвии» новый правящий класс изначально предполагал вести по двум основным направлениям. Во-первых, он хотел принудительно вытеснить из страны значительную часть великороссов, украинцев, белорусов, поляков, литовцев, евреев, которых, для простоты, всех нарекли русскими. Во-вторых, он намеревался провести ассимиляцию оставшихся инородцев через принудительное навязывание им латышского языка, лишение собственных социальных институтов поддержания этнической идентичности.

С началом реализации политики строительства «латышской Латвии» и возник «русский вопрос», то есть вопрос о том, что правящей элите делать со ставшим вдруг «инородным» русским населением.

Латышские национал-радикалы и национал-либералы действовали в тесном союзе и непрерывно находились у власти в Латвии на протяжении целых 20 лет. За это время им удалось достичь определённых успехов в строительстве этнически чистого общества. Так, если по официальным данным переписи населения в 1989 года в Латвийской ССР жило 48,0% инородцев, то к концу 2010 года, во Второй Латвийской республике, их доля снизилась на 7,5 процентных пунктов — до 40,5%.

Столь резкое снижение доли инородцев в общем составе населения страны произошло как за счет их принудительного выдавливания за границу, так и за счет создания таких социально-экономических условий, при которых смертность у них была выше, а рождаемость — ниже, чем у латышского населения.

Этнократическая система власти

Захватившая в 1991 году в Латвии власть элита была по своему социальному положению бюрократией, то есть слоем находящимся на службе у государства и получающим от него за это денежное довольствие. Свою власть бывшая номенклатура с самого начала использовала для присвоения полученной в управление государственной собственности, а также для извлечения из нее личных доходов. Таким образом возникла немногочисленная, но очень влиятельная группа латвийских олигархов.

Предприниматели не смогли стать буржуазией, а наёмные работники также не смогли восстановить свои профсоюзы и партии после разгрома организованного рабочего движения в начале 90-х годов. Зато бюрократия превратилась в крупный и хорошо организованный класс. Она создала защищающие ее интересы партии, подчинила себе СМИ, наняла на службу идеологов. Чиновники полностью подчинили себе также законодательную и судебную власть в стране.

Для защиты своей власти бюрократия использовала старый, но очень эффективный инструмент разделения и сталкивания между собой различных этнических групп населения.

Реальных социальных и материальных выгод от правления бюрократии основная масса латышей не имела, однако послушно участвовала в проводимых бюрократией электоральных мобилизациях, которые проходили под лозунгом борьбы с мифической «русской угрозой».

Основным правовым инструментом обеспечения незыблемости власти бюрократии стало лишение прав гражданства почти трёх четвертей русского населения республики, превращение их в т.н. «неграждан». Помимо поражения в фундаментальных политических правах, неграждане были лишены возможности покупать землю, руководить банками и акционерными обществами, служить чиновниками, быть лицами свободных профессий. Неграждане были ущемлены при выдаче приватизационных сертификатов, назначении пенсий, получении пособий. При этом они вынуждены были в полном объеме платить налоги и выполнять другие государственные повинности.

Вторым инструментом обеспечения своей власти чиновники сделали латышский язык. Используя естественные преимущества во владении этим языком, они вытеснили из всех государственных учреждений и предприятий инородцев.

В результате применения бюрократией двух данных инструментов этнической дискриминации в Латвии сложилась пирамидальная этно-социальная структура общества. На вершине этой пирамиды находились исключительно латышские чиновники и олигархи, ниже приближённые к власть имущим и зависимые от них латышские предприниматели, под ними, преимущественно латышский по своему составу, средний класс, а социальные низы оказались заполнены русскими мелкими предпринимателями и наёмными работниками.

Эта, полуфеодальная по своей природе, структура деления общества на закрытые этно-социальные сословия оказалась достаточно устойчивой, хотя и совершенно не способной к развитию.

Русская община Латвии: от разрозненности к консолидации

После прихода к власти в 1991 году основной удар латышская бюрократия нанесла по конкурирующей с ней русской элите. Русские политики и хозяйственные работники подверглись незаконным ограничениям в правах (люстрциям), которые не отменены и по сей день.

Новая попытка неприкрытой ассимиляции русских латышские национал-радикалами была предпринята летом 2011 года. Они инициировали проведение референдума о запрете преподавания в государственных русских школах на родном для детей языке. Эта попытка провалилась, однако русские активисты начали в ответ сбор подписей за проведение референдума по приданию русскому языку в Латвии статуса второго государственного. Удалось собрать подписи 187 тыс избирателей и довести акцию до назначения даты референдума. Превращения русской общины в самостоятельный фактор политической жизни латышская правящая бюрократия не ожидала, и это стало второй причиной развития истерии в её рядах.

«Латгальский вопрос»

Актуализация в ходе подготовки языкового референдума «русского вопроса» выявила существование в стране ещё более сложного «латгальского вопроса».

Латышская бюрократия отвела латгалам ещё более низкое положение в системе социальной иерархии, чем русским. Латгалы хорошо знали латышский язык и практически все были гражданами. Однако каких либо позиций в государственном аппарате они могли добиться только в том случае, если полностью отказывались от своей этнической идентичности, то есть латышизировались. Латгальский язык был объявлен диалектом латышского, а латгалам отказано в праве называться самостоятельным народом. Если русские имели свои школы, частные вузы, театры, газеты, журналы, радио- и телепередачи, то латгальское население всего этого было полностью лишено.

Жизнь после референдума или как построить «латвийскую Латвию»?

Русская община на предстоящем референдуме не ставила цель сделать русский язык государственным. Она стремиться с помощью референдума добиться равных с латышами политических и социально-экономических прав, а также помочь в достижении равных с другими этносами прав латгальцам. Делается это для того, чтобы всем вместе строить затем современную политическую латвийскую нацию, которая сможет сделать Латвию демократической и процветающей страной. В самом общем виде предлагаемую русской общиной концепцию можно назвать программой строительства «латвийской Латвии».

Призывы лидеров русской общины совместно строить современную политическую нацию был услышан не только латгальцами, но и той частью латышей, которых этнократии не удалось зазомбировать причитаниями о «русской угрозе».

В связи с этими обстоятельствами, с одной стороны открылась возможность для преодоления двухобщинности и построения единой латвийской нации в которой, на равных началах, сосуществовали бы латыши, латгалы и русские. С другой стороны, правящий бюрократический класс почувствовал приближение конца своей монополии на власть, и был поставлен перед сложным выбором: возглавить давно назревшие преобразования полуфеодальной социальной структуры и сохранить, хотя бы часть своей власти и имущества, либо насильно прервать их и законсервировать ситуацию ещё на некоторое время, с серьёзной возможностью полностью упустить ситуацию из под контроля.

Варианты развития событий:

Пессимистический сценарий развития событий

Латышские национал-радикалы, а это сейчас партия «Все Латвии» и группировка «Гражданский союз» в составе партии «Единство», идеологически возобладают в публичном пространстве и поведут за собой национал-либералов, которые представлены «Партией реформ Затлерса», «Союзом зеленых и крестьян» и частью партии «Единство» (группировка «Новое время»). Все вместе они будут препятствовать проведению референдума по русскому языку, фальсифицировать его результаты, начнут привычную кампанию по мобилизации латышского электората с помощью «русской угрозы». Это приведёт к выходу русского протестного движения за рамки правового поля, на улицу. Латышские радикалы используют любые уличные акции русских для организации провокаций, организуют столкновения в которых будут неизбежны человеческие жертвы. В русской среде также усилятся радикальные настроения. Скрытый этнический конфликт перейдет в открытую фазу, которая будет длиться десятилетиями и потребует для остановки международного вмешательства.

Оптимистический сценарий развития событий

Новая демократическая латышская элита будет поддержана частью либерально настроенного чиновничества. Радикальная партия «Все Латвии» и депутаты из «Гражданского союза» из правящей коалиции будут удалены. В состав новой правящей коалиции возьмут партию «Центр согласия», которая в известной степени, отражает интересы русской части населения.

Референдум по статусу русского языка пройдёт без педалирования правящей элитой антирусских лозунгов. Выплёскивания этнического конфликта на улицу и выхода ситуации из под контроля удастся избежать. Вслед за этим потребуется провести серьезные послабления в действующей системе этнической дискриминации.

В случае отказа правящей элиты от демонтажа этнократической системы власти неизбежен правительственный кризис преодолеть который можно будет только посредством роспуска Сейма. Сделает это шаг президент или инициирует народ — не будет иметь существенного значения. В ходе внеочередных выборов к власти всё же придет демократически настроенная латышская элита, которая будет вынуждена проводить давно назревшие преобразования совместно с партией «Центр согласия».

В качестве альтернативы «латышской Латвии» новая правящая элита станет реализовывать концепцию строительства «латвийской Латвии». В результате, со временем, из двух этнических общин будет возможно сформировать единую латвийскую политическую нацию. Говорить о формах и механизмах построения этой нации еще рано, поскольку вопрос о ее создании латышской элитой еще даже и не обсуждался.

Эксперт ИА REX

д.э.н. Александр Гапоненко

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Поддерживаете ли Вы введение более жёстких мер по соблюдению Режима самоизоляции?
57.1% Нет
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть