«Точка невозврата» в Сирии или время режима Башара Асада истекает: Арье Гут

Примерно через три месяца после начала демонстраций протеста в Сирии цивилизованный Запад начинает рассматривать возможность более жесткой реакции на действия сирийских властей. Статья эксперта ИА REX в области международных отношений Арье Гута.
21 июня 2011  13:46 Отправить по email
Печать

Примерно через три месяца после начала демонстраций протеста в Сирии цивилизованный Запад начинает рассматривать возможность более жёсткой реакции на действия сирийских властей. До сих пор Запад демонстрировал осторожность и сдержанность, тем более шокирующие, что они резко контрастируют с вовлечением Запада в ливийский конфликт и с его недвусмысленными требованиями об уходе, адресованными Муамару Каддафи.

Нельзя не признать, что случай с Сирией куда сложнее, чем с Ливией, страной дипломатически изолированной и не располагающей возможностью причинить ущерб соседям по региону. Конфликт с Сирией, руководимой Башаром Асадом, означает столкновение с Ираном, её ближайшим стратегическим союзником, а также риск дестабилизации Ливана, находящегося на грани кризиса и готового подпасть под чьё угодно влияние. Наконец, конфликт с Сирией — это дестабилизация страны, граничащей с Израилем. Не говоря уже о России, оберегающей своего бывшего союзника времен СССР и строящей в настоящее время в этой стране базу для своих ядерных подводных лодок — первую на Средиземном море.

Над могилой Хафеза аль-Асада в городе аллавитов Кардаха начертан стих из Корана: «Повинуйтесь Аллаху, повинуйтесь Посланнику и тем среди нас, кто наделён его властью». К «тем, кто наделён его властью», относятся действующие правители Сирии, даже если правят они не от имени ислама, пишет израильский востоковед, профессор Бар-Иланского Университета Мордехай Кедар. И если на могиле Асада-старшего красуется именно эта выдержка из Корана, то лишь ради того, чтобы придать исламскую легитимацию даже правительству «неверных». Отметим, что с 1966 года сирийский режим находился в руках небольшого аллавитского меньшинства, которое ислам считает «неверными» на том основании, что аллавиты — идолопоклонники и (с точки зрения Корана) не имеют права на жизнь.

В период между 1976 и 1982 годами исламские элементы пытались положить конец режиму аллавитов в Сирии, но режим ликвидировал 50 тысяч из них: 20 тысяч в Тадморской тюрьме и ещё тридцать тысяч в Хаме, которая была подвергнута тяжёлым бомбардировкам, в результате которых были уничтожены целые кварталы города.

Приход к власти в середине 2000 года Башара аль-Асада дал многим сирийцам надежду, что современный образованный президент, врач и фанат интернета, принесёт народу весну. Действительно, в последние месяцы 2000 года сирийцы получили разрешение на организацию общественных собраний, носящих политический характер. Тем не менее, правящая элита во главе с разведкой постоянно выступала против того, чтобы ослабить вожжи, и Сирия с новой силой начала подавлять свободомыслие.

Волнения в Сирии, похоже, приближаются к своей «точке невозврата». Радиус бунта неуклонно расширяется, на сегодняшний день волнениями и протестами охвачено около 100 крупных, средних и мелких населённых пунктов страны, в основном на севере и побережье Средиземноморья. Причём в ряде из них демонстрации идут днём и ночью, как например, в Дередоре. По прежнему бунтуют Дераа, Хомс, Аллеппо, пригороды Дамаска. В Хаме на демонстрации вышло около 60 тыс. человек.

Интересно, что президент Сирии Асад на публике не появляется около 10 дней. При этом циркулируют упорные слухи о том, что он перенёс микроинсульт, и у него проблемы с подвижностью левой руки. Так это или нет, но он теряет рычаги управления ситуацией, явно не понимая, что делать дальше. Концепция «национального диалога» провалилась, что собственно и было признано властями официально: два дня назад комиссия по национальному диалогу была президентским указом распущена. В этой ситуации вся полнота власти, похоже, полностью переходит к сирийским «силовикам» во главе с братом президента Махиром Асадом, который большой изобретательностью в выборе тактики не грешит и полагается исключительно на репрессивные методы.

Причём стоит отметить, что тактика устрашения, которую применяют военные (отрубание рук, пытки несовершеннолетних, изнасилования и т.п.) является признанием того, что ситуация вышла из-под контроля и назад пути нет. Либо утопить в крови всех протестующих, либо утонуть в этой крови самим. Возвращение родственникам искалеченных участников демонстраций как средство устрашения порождает только новый импульс протеста. Причём такого, в котором не может быть компромисса с властями, а значит ни о каком национальном диалоге речи не идёт по определению. Итогом всех этих событий объективно станет или крушение режима Асада, либо настолько массовые репрессии против населения, что Запад и международное сообщество будут вынуждены этот режим убрать сами по ливийскому сценарию. На сегодняшний день официально погибшими числится 1100 человек, около 12 тысяч арестованы. При этом большой вопрос, сколько из них ещё живы, так как никакой информации о задержанных не поступает. Для Сирии эта цифра почти критическая по степени влияния на настроения подавляющей части населения. Сегодня это факт, что сирийская политическая элита во главе с Асадом явно находится на распутье. Ситуация в стране оставляет желать много лучшего, а пути выхода из кризисной ситуации нет. Попытки решить все проблемы исключительно силовыми методами не срабатывают. Очевидно, что ситуация становится уже патовой, требования оппозиции концентрируются уже исключительно на отставке самого Асада. Такая постановка вопроса априори исключает компромисс и загоняет сирийскую верхушку в безвыходное положение. Этот вариант, естественно, «работает» исключительно на «ястребов» в сирийском руководстве.

Мы уже упомянули о том, что сирийское руководство не представляет себе со всей очевидностью, что делать дальше. Подавить чисто силовым способами протесты не получается, несмотря на то, что армия действует на грани «фола». Народ просто не верит в то, что будут осуществлены какие-либо реформы. Как следствие, на повестке дня вновь появился «национальный диалог». После недолгого публичного отсутствия опять появилась советник президента Кусайя Шаабан. Она привлекла к консультациям трёх сирийских оппозиционеров Арафа Далиля (алавит, член ПАСВ), Мишеля Кико (христианин) и Луая Ахсана. Все трое являются авторитетными среди интеллигенции фигурами и известными в Сирии публицистами.

Оппозиционеры озвучили ряд требований. Среди них отметим следующие: вывод войск из городов и разрешение на мирные шествия и демонстрации. Сразу отметим, что 9 мая 2011 года во время массовых манифестаций в силу приказа Асада армии было запрещено открывать огонь, и убитых не было. Как не было и «неизвестных» снайперов, которые стреляли то в солдат, то в протестующих. Это свидетельствует о том, что армия пока «слушает» Асада. С другой стороны, на примере Туниса и Египта все в Дамаске примерно себе представляют, что такое нейтралитет армии при продолжении «мирных» шествий. С учётом печальной судьбы Мубарака и Бен Али вряд ли Асад захочет идти по этому пути.

Ужесточение репрессий со стороны сирийского режима и теракт, совершённый против итальянских миротворческих сил, входящих в ЮНИФИЛ (Временный контингент сил ООН в Ливане), окончательно переполнили чашу терпения западных дипломатов, которые не ждут больше от Башара Асада ничего хорошего.

Даже эмир Катара, бывший друг президента Сирии, пояснил Николя Саркози в ходе своего последнего визита в Париж, что сирийский режим не прислушивается ни к каким советам, и что ему настал конец. Поэтому Франция решила ускорить процесс, представив на этой неделе в Совете Безопасности ООН проект совместной резолюции с Великобританией, Германией и Португалией, в котором выражается осуждение насилия и репрессий в Сирии. Текст резолюции был готов уже несколько дней назад, но проект не был поставлен на голосование ввиду отсутствия консенсуса среди постоянных членов СБ.

Россия и Китай решительно воспротивились его принятию, опасаясь, что резолюция сделает возможным военное вмешательство в Сирии, как это произошло в Ливии. Министр иностранных дел Франции Ален Жюппе считает, что проект резолюции могли бы поддержать 11 членов Совета Безопасности, что означало бы его принятие, при условии, что никто из пяти постоянных членов СБ ООН не наложит на резолюцию вето. Франция «готова рискнуть», чтобы поставить Москву и Пекин в положение, при котором им придётся принимать это ответственное решение. Кроме того, Ален Жюппе заявил 20 июня, что сирийский режим «утратил легитимность». В этом отношении он пошёл дальше, чем США, притом, что с 2007 по начало 2011 года Франция выступала главной защитницей Дамаска в западном лагере. Британская дипломатия, полностью следующая в фарватере Вашингтона, продолжает утверждать, как это сделал министр иностранных дел Великобритании Уильям Хейг, что Башар Асад должен «провести реформы или уйти».

В связи с событиями в Сирии есть особый смысл проанализировать позицию Анкары, которая, безусловно, рассматривает указанный регион «как зону своего повышенного внимания и стратегических интересов». Турция, которая всё увереннее позиционирует себя как основного лидера мусульманского мира, не хочет «поставить на хромую утку», особенно в свете приближающихся внутренних выборных баталий. Руководство страны фактически «проморгало» революции в Тунисе и Египте, и не смогло ясно и, что главное, своевременно сформулировать свою позицию в этой связи. Теперь Турции приходится выстраивать отношения с новыми египетскими властями фактически с нуля. Примерно то же самое произошло и с Ливией, где Анкара сумела всё-таки в последний момент «запрыгнуть на подножку уходящего поезда» и оседлать ситуацию через своё более активное участие в руководстве операцией сил НАТО в регионе. Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган в этой связи вынужден трижды взвешивать свою позицию «по сирийскому досье», прежде чем допустить те или иные высказывания.

Напомним, что примерно два года назад началось резкое сближение Турции с Сирией на фоне осложнения отношений с тем же Израилем. Анкара стала для Дамаска фактически ключевым стратегическим партнёром в регионе, в том числе и в рамках выработки совместной позиции по перспективам Ближневосточного урегулирования. При этом сирийское руководство активно пропагандировало и развивало этот тренд, явно играя на нём в противовес монопольному влиянию Ирана.

Теперь этот альянс дал серьёзную трещину. Более того, похоже, что турецкое руководство окончательно определилось со своими симпатиями и в выработке новой генеральной линии на сирийском направлении. Анкара начала свой дрейф в сторону не сразу после начала массовых выступлений в Сирии, а только в тот момент, когда стало ясно, что выйти без серьёзных потерь из этого кризиса нынешнему сирийскому руководству, а вернее сказать — клану Асада, не удастся. В Анкаре на сегодняшний момент ясно отдают себе отчёт в том, что время для серьёзных реформ упущено. А национальный диалог, скорее всего, невозможен.

Отсюда последовали соответствующие действия. Сначала турецкое руководство настаивало на создании широкого коалиционного правительства с участием «мягких» исламистов из числа «братьев-мусульман». Как представляется, такое предложение родилось не спонтанно, а в результате некоторой подготовительной и аналитической работы. Турецкая сторона наверняка просчитала потенциал сирийских «братьев» и сделала соответствующие выводы об их политическом авторитете. Из этого следует, что исламский фактор, кто бы чего не говорил, играет в событиях в Сирии далеко не последнюю роль. Более того, в Анкаре уверены, что немедленная интеграция исламистов во власть спасёт ситуацию даже в нынешний критический момент.

Данное предложение было отвергнуто сирийским руководством, причём ещё и вызвало жёсткую конфронтацию с турками. При том ужасе, который сейчас творится в Сирии, трудно уже защищать эту страну, об этом в интервью телеканалу NTV заявил премьер-министр Турции, комментируя происходящее. «Ситуация в Сирии на грани гуманитарной катастрофы, а обещанные Асадом реформы так и не начались», — отметил Эрдоган. Глава турецкого правительства также обвинил брата президента Сирии Махира Асада в жёстоком подавлении народных волнений.

«Я четыре дня назад вновь по телефону поговорил с Асадом и настоятельно призвал его остановить кровопролитие в Сирии. Так государством управлять нельзя. На крови невозможно построить своё будущее. Сейчас сирийское досье находится на рассмотрении Совета Безопасности ООН и невозможно прогнозировать, какое решение там будет принято. Но в любом случае, мы не имеем права оставаться безразличными к происходящему в этой стране, потому что мы соседи», — сказал Эрдоган.

Это неопровержимый факт, что Анкара с учётом всех её претензий на лидерство в мусульманском мире не может позволить себе безоглядно поддерживать своего недавнего ближайшего союзника, рискуя при этом потерять влияние на процесс в целом. В этой связи необходимо отметить, что наряду с публичными высказываниями турецкого премьер-министра, в Турции «дан зелёный свет» на проведение учредительных конференций сирийских оппозиционеров, ряд которых уже прошли. Другими словами, турки начинают свои игры с оппозицией в противовес французам, и в Дамаске на это отреагировали карикатурами на Эрдогана. Это важный тренд в позиции Анкары, и его необходимо, пожалуй, выделить особо. Ситуация в Сирии зашла в тупик. Массы людей по-прежнему выходят на уличные демонстрации, а власти по-прежнему расстреливают мирных людей и бросают их за решётку. Запад должен принять решение о том, какую политику избрать в отношении Дамаска. Думаю, время для сделки с Башаром Асадом истекло. В любом случае, хуже, чем было в Сирии во время правления Асада, не будет.

Эксперт ИА REX в области международных отношений Арье Гут

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Поддерживаете ли Вы проведение парада Победы 24 июня?
71.7% Да
Считаете ли Вы, что Российская Федерация является:
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть