Кто и зачем пригласил Иран в Мекканское соглашение

На Ближнем Востоке наблюдается интенсивная динамика, связанная с провалом США в Иране. Если коротко, то меняется – с американской на британскую - проектная основа переформатирования региона, которое, начиная с 2006 года связывали с планом Нового Ближнего Востока (НБВ) и его стержнем в виде «ультрасионистского» проекта «Великого Израиля». Ключевым элементом того плана было разведение между собой Турции и расширяющегося за счёт соседей еврейского государства, «прокладкой» между которыми Вашингтон продвигал «арабизацию» Сирии. Грубо говоря, Трамп требовал от Эрдогана расстаться с плодами сирийской победы над Асадом, осуществлённой силами протурецких формирований. И передать контроль над страной саудитам, чтобы, во-первых, выдавить иранское влияние, а во-вторых, прикрыть от турок связанную с проектом сионистскую экспансию в регионе. Не забудем: временный президент Сирии аш-Шараа – это аль-Джулани, возглавлявший вооружённую группировку «Хайят Тахрир аш-Шам» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Все эти годы она сохраняла позиции в Идлибе, а потом сыграла ведущую роль в смене власти.

Однако Трамп «сорвался с каната» в Иране. Пребывая в «венесуэльской эйфории», поддался на уговоры военного преступника Нетаньяху и ввязался в авантюру, перешедшую в тупик из-за нереальности поставленных целей. Ни ядерной, ни ракетной программы Ирана Трамп отменить не смог, хотя очень много на эту тему говорил и угрожал; только на днях главы иранских Минобороны и Генерального штаба – генералы Реза и Абдоллахи – посетили один из засекреченных подземных ракетных заводов, устроив оттуда репортаж. На тщательно подобранных кадрах наблюдатели обнаружили не только ряды противотанковых ракет и беспилотников, но и миксер для производства твёрдого ракетного топлива, которых, как считали в израильской и американской разведке, у Ирана не более двух, и один уже, якобы, уничтожен. Иранские генералы рассказали, что в разных частях страны работают четыре таких миксера, и при необходимости к ним могут быть подключены ещё минимум столько же. Грандиозный провал Моссада с ЦРУ, особенно учитывая чувствительность дезинформации, которую они, как выясняется, предоставляли своему руководству.

Эксперты до сих пор спорят: что же это такое 7 августа подписали в Мекке лидеры Турции, Саудовской Аравии и Пакистана – президент Эрдоган, наследный принц бин Салман и премьер Шариф? То, что это не против хуситов, которые саудитам не просто угрожали, а в действительности заблокировали им Красное море, стало ясно уже ближайшей ночью. Сразу после подписания бойцы движения «АнсарАллах» нанесли очередные удары по саудовскому НПЗ в Джизане. Реакции от «тройки» - никакой. У неё другие задачи. Верно указывают, что это альянс военной силы – второй по численности армии в НАТО, больших денег и ядерного оружия. Но не только. Эрдоган тесно связан своими идеями с движением «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Ниточка связей движения протягивается от Египта через Турцию на Ближний Восток – в Катар и Оман. Для полноты картины напомним: «повивальной бабкой» «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) почти сто лет назад выступила британская колониальная администрация Египта во главе с лордом-протектором Кромером. С тех пор исламизм – серьёзное по эффективности геополитическое оружие Лондона, которое у него оспаривается Вашингтоном. Именно поэтому американцы организовали в своё время в Египте военный переворот против ставленника движения Мурси, а сейчас попытались отнять Сирию у связанных с Эрдоганом боевиков аль-Джулани/аш-Шараа.

В тройке не без проблем, особенно, если иметь в виду заявку на её расширение, которое пока тормозит. Турция сразу же ожидаемо пригласила Египет, но те отказались, ибо находятся в курсе несогласия с этим саудитов. Официальная версия Эр-Рияда – неуверенность в стратегической «ценности» и надёжности Каира. Дескать, он поддерживал Эмираты в скоротечном новогоднем кризисе на востоке Йемена, где Эр-Рияд одолел и вышвырнул влияние Абу-Даби. Фактические причины глубже. Саудовская Аравия после Второй мировой войны перешла в сферу влияния США, потому Египет и получил от ворот поворот, несмотря на заступничество Эрдогана и его главы МИД Фидана, что американцам не нужно чрезмерное британское укрепление. Турция ведь остаётся, как мы убедились, в британской зоне, а Пакистан военным крылом своей элиты завязан на США, прежде всего на республиканцев, а гражданским, правительственным – на Китай. Так рядом с трио проявляется ещё один важнейший игрок. По тому, что именно премьер Шариф, а не фельдмаршал Мунир стал главным посредником между США и Ираном в заключении Исламабадского меморандума (о перемирии) видна направляющая рука Пекина. С его сопротивлением неизбежно столкнётся британская экспансия вдоль «мекканской оси». И ключевой вопрос, зафиксируем это, — Иран. Британия тянет свою линию с Запада на Восток в обход Тегерана, а Китай двигает «Пояс и путь» в обратном направлении именно через Иран. К этому вернёмся ниже.

То есть, с одной стороны, трио Мекканского соглашения Анкары, Эр-Рияда и Исламабада – это проектная ставка британцев, которые, уловив ослабление Трампа и позиций США, выдвинули свой проект, местами очень сильно напоминающий Большую Игру против России в XIX веке. У трио два выраженных вектора. Один – «неоосманский», напомним, что именно с этими идеями во власть пришёл Эрдоган. Речь идёт о переустройстве региона на началах отнюдь не «мусульманской НАТО», как кое-кто думает, а санитарного пояса, разделяющего Иран и Израиль; расширение сионистского проекта в британском прочтении Ротшильдов, профинансировавших подготовку и основание Израиля, скорее всего рассматривается в другом месте – на Украине, с прицелом, вместо ушедшего к нам Крыма, на Днепропетровскую область. Имеем в виду: центр сионистского проекта – не в Тель-Авиве и не в Нью-Йорке, там его филиалы, а в Лондоне. Именно поэтому Днепропетровск – второе после Донбасса приоритетное направление для СВО; планы Лондона, как известно, опрокидываются русским наступлением. Но у британской экспансии, помимо ближневосточного, имеется и ещё одно измерение – пантюркистское. Как отмечал покинувший нас почти ровно год назад выдающийся специалист по Ближнему Востоку Станислав Николаевич Тарасов, пантюркизм – изобретение военной разведки Генерального штаба Российской Империи, которая исходила из того, что основные центры тюркского мира – Поволжье и Средняя Азия - находятся в России. И на фоне распада Османской империи это позволяет подтянуть сюда Турцию, превратив её в пророссийскую тюркскую периферию. А Турция в геополитике, не забудем, — это вопрос проливов. К этой идее, к сожалению, вернулись только в 90-е годы, причём, не мы, а турки, развернув её на 180 градусов. Обратим внимание: как мекканское трио, так и пантюрксистский проект берут начало в Турции, а затем расходятся лучами, в сумме соединяя вместе ближневосточный и закавказский регионы, чтобы окончательно выдавить нас, Россию, из южного подбрюшья, политически присоединив его к Ближнему Востоку. Поэтому у армянской и особенно у азербайджанской фронды против Москвы, а также «многовекторности» среднеазиатских мурз – не столько французские или турецкие, сколько британские корни, хорошо знакомые нам, повторим, по XIX веку. Это не катастрофа как считают некоторые алармисты, но требует внимания. В любом случае следует понимать, что постсоветские «суверены» очень осторожные и пока наблюдают, тем более, что от углубления западного крена их сдерживает Китай. Но определяться стратегически они будут по итогам СВО; поэтому всё в руках у нас самих.

Неожиданный поворот – приглашение в «мекканское трио» Ирана, эта самая свежая новость на этом направлении. И он дополнительно оттеняется признанием, которое сделал в Исламабаде глава сирийского МИД аш-Шейбани: что Сирия тоже получила приглашение в тройку, но пока решения не приняла – думает. Заход британской стратегии на Иран, причём, как бы «в ответ» на обещанные Трампом и «смотрящим» за ним от «глубинного государства» главой минфина Бессентом «уничтожающие санкции», — это попытка убить трёх зайцев. Окончательно унизить Трампа, сделать то же самое с военным преступником Нетаньяху, поставив его перед фактом суннитско-шиитского блока, и перехватить у Китая влияние в Тегеране. Очень британский почерк.

Что Иран? В Тегеране с готовностью разыграли антиамериканскую карту, объявив о переходе от «оборонительной» к «наступательной» стратегии. Одновременно, именно в этом ключе произведён ряд важнейших кадровых перестановок в генералитете и реорганизовано военное командование – устранено фактическое «двоевластие» армейского Генштаба и КСИР. Об этом высказались многие, наиболее развернуто – новый секретарь ВСНБ генерал Резаи, до этого – военный советник рахбара Моджтабы Хаменеи:

Последний абзац цитаты – это прямой и однозначный намёк на Баб-эль-Мандебский пролив, Красное море и Суэцкий канал; удары хуситов уже перекрыли саудитам их экспортный нефтепорт Янбу, где расположен крупный НПЗ. Заодно генерал Резаи даёт понять, что расчёты Эр-Рияда разорвать Ось [шиитского] сопротивления, вырвав из неё хуситов (как раньше – иракских шиитов, которых ВВС королевства бомбили вместе с американцами) – несостоятельные.

Быстрого решения по трио от Ирана не будет; в Пекине ждут возможного сентябрьского визита председателя КНР Си Цзиньпина в США, под который Трамп уже объявил о ряде уступок в АТР. Увёл оттуда последнюю АУГ – авианосную ударную группу, сделал реверанс лидеру КНДР Ким Чен Ыну, попутно опустив вниз власти Южной Кореи. Что-то подсказывает, что не обошлось и без сигналов по Тайваню, подтверждающих нежелание США ввязываться из-за него в войну, уже заявленного Трампом в мае, в ходе визита в Пекин. Трампу нужно выпутаться из Ирана – чем скорее, тем лучше ибо на носу выборы. От Китая зависит многое, но не всё. Иранцы не хотят «отпускать» Трампа и позволять ему сохранить лицо. Это с одной стороны. С другой же, в Тегеране понимают, что, по завету Мао Цзэдуна, «чтобы выпрямить – нужно перегнуть»; так вот руководство Ирана, местами перегибая, хочет именно выпрямить, но не сломать. В противном случае от этого выиграют всё те же англичане, которые, судя по всему, никаких гарантий Пекину не давали. Поэтому близкая к «глубинному государству» лондонская Telegraph разражается материалом об иранских хакерах, которые на четыре дня «вырубили» в Туманном Альбионе некую электростанцию. Иран берет паузу, а Китаю нужны итоги многочисленных синусоидных шараханий и метаний попавшего в иранский капкан Трампа. Нужна определённость.

Тем временем, параллельно с приглашением в тройку Ирана громко затрещал израильский монолит. Нет, не сионистский, здесь у них консенсус незыблемый. Политический – предвыборный. На военного преступника Нетаньяху, получившего обструкцию двенадцати стран региона за удар по авиабазе в сирийском Идлибе, из Анкары в Интерпол поступил запрос. Шансы, что израильского пока ещё премьера, объявят в международный розыск – минимальные, однако политический резонанс – огромный, и он подхвачен оппонентами военного преступника, от которых выступил экс-премьер Барак.

Комментировать еврейские разборки – только портить. Похоже, что многолетний и многократный премьер – друг и заступник Зеленского («два сапога - пара»), достал всех, включая своих, заигрался и сорвался с каната. Трамп, с большим опозданием (в десять дней) поддержавший Мекканское соглашение, мягко высказался не против присоединения к нему и Ирана. Самому хозяину Белого дома это поможет выпутаться, но вот военного преступника Нетаньяху топит уже сама постановка этого вопроса, означающая его полный крах. Трамп его сдаст, припомнив все «диссидентские» виражи по срыву Исламабадского меморандума в Ливане. И если верна израильская социология, то вечером 27 октября экс-премьер, лишившись должностного иммунитета, либо будет арестован, либо сбежит, и у республиканцев останется ровно неделя до своего 3 ноября, чтобы повесить на него всех «собак» своего собственного иранского фиаско.

У нас же – свой фронт, на котором все эти события становятся катализатором наших успехов потому, что враги грызутся, и им не до нас. Главное нам – не упустить это несомненное преимущество, помноженное на крах ПВО в ВСУ, выжать из него максимум, по крайней мере до 18 ноября – даты, когда на полях саммита АТЭС в Шэньчжэне максимально возрастает вероятность тройственной встречи лидеров Китая, России и США. Если она состоится, это может начать отсчёт новой эпохи, в которой поднимающий пока голову Лондон спикирует прямиком во вторую лигу мировой политики. Складываем фигу, и держим её в кармане.