«Не по Трампу и Вэнсу»: Рубио иначе трактует меморандум США и Ирана

Более недели главный американский дипломат хранил подозрительное молчание по поводу вопроса, который, казалось бы, полностью входил в его компетенцию: зарождающегося соглашения с Ираном, сообщает REX 27 июня. Это заставило многих предположить, что госсекретарь США Марко Рубио, как и многие другие консервативные сторонники жесткой внешней политики, мог испытывать по этому поводу сомнения.

И вот Рубио наконец-то выступил. Но его рекламная речь звучит совсем иначе, чем у президента Дональда Трампа и вице-президента Джей Ди Вэнса.

В ходе встреч с ближневосточными союзниками, направленных на мобилизацию поддержки и успокоение опасений, Рубио не только избегал резких заявлений о спорном меморандуме о взаимопонимании, но и высказывал совершенно иную точку зрения относительно деталей меморандума и мирного процесса.

«Радикальные» лидеры Ирана

Показательным примером стал четверг, когда Рубио подтвердил свои прежние заявления, в которых называл иранских лидеров «религиозными… безумцами», отмечает CNN.

«Иранскую систему возглавляют духовенство – радикальное духовенство», – заявил Рубио во время визита в Бахрейн. - «Именно ими она всегда руководствовалась. И именно ими она продолжает руководствоваться».

Однако эти комментарии прозвучали спустя неделю после того, как Трамп и Вэнс вызвали немалое удивление, представив иранцев как «потенциально реформированных».

Более того, Трамп категорически отверг идею о том, что нынешние лидеры страны «радикализовались».

«Мы имеем дело с людьми, которые, на мой взгляд, очень рациональны», — сказал Трамп 16 июня на саммите G7 во Франции. - «С ними было приятно иметь дело. Это сильные, умные люди… Но они не радикализированы и, знаете ли, стремятся помочь своей стране».

Вэнс, который с радостью ухватился за возможность стать лицом соглашения, также предположил, что иранцы, возможно, переосмыслили свою почти пятидесятилетнюю антиамериканскую внешнюю политику.

«В этих переговорах есть очень интересный момент: люди, как сторонники жесткой линии, так и политически настроенные деятели, говорят, что наши отношения с Соединенными Штатами за последние 47 лет были ошибкой. Давайте начнем все сначала», — сказал Вэнс.

Пресс-секретарь Госдепартамента Томми Пиготт опроверг утверждения о несоответствиях в заявлениях администрации, назвав их «избитой и ложной версией событий».

«Госсекретарь Рубио и вся администрация на 100% поддерживают президента Трампа», сказал Пиготт. - «Президент предпринял беспрецедентные действия, чтобы предотвратить получение иранским режимом ядерного оружия, и благодаря его руководству правительства Ливана и Израиля проводят переговоры на самом высоком уровне за последние десятилетия. Благодаря этим усилиям США и весь мир находятся в большей безопасности».

И Вэнс, и Рубио смягчили свои комментарии, подчеркнув, что ситуация может измениться и что время покажет, каковы истинные намерения иранцев.

Однако примечательно, что эти два высокопоставленных чиновника, о перспективах которых на 2028 год Трамп открыто размышлял, высказали совершенно разные взгляды на руководство Тегерана.

Иранская ракетная программа

Одним из самых странных моментов в меморандуме о взаимопонимании было отсутствие каких-либо упоминаний о прекращении иранской ракетной программы. Это было одной из заявленных целей администрации Трампа в начале войны, но в меморандуме об этом ничего не говорилось.

Что еще более странно, на прошлой неделе Трамп, похоже, значительно смягчил свою позицию по этому вопросу. Он неоднократно заявлял, что Ирану следует разрешить иметь хотя бы некоторое количество ракет.

«Они должны что-то иметь, потому что у других людей тоже что-то есть», — сказал Трамп. Он добавил, что «ракеты — это не проблема», потому что «они не взрывают планету».

Позже Трамп добавил по поводу иранской ракетной программы: «В относительном выражении, я думаю, это нормально».

Однако в среду Рубио, выступая перед ближневосточными союзниками, которые, что вполне понятно, весьма обеспокоены использованием Ираном этих ракет, предложил гораздо более жесткую линию. Он заявил, что администрация поддерживает этих союзников и не позволит Ирану угрожать им.

«Мы не собираемся делать ничего, что подрывает безопасность наших союзников – наших давних союзников в регионе», – заявил Рубио в Кувейте, отвечая на вопрос об использовании Ираном ракет и беспилотников.

«Хезболла»

Еще одной из первоначальных целей администрации Трампа, которая не была прописана в меморандуме о взаимопонимании, было прекращение поддержки Ираном марионеточных группировок, таких как «Хезболла» и ХАМАС.

На этой неделе Рубио предположил, что меморандум о взаимопонимании в этом отношении оказался более надежным, чем могло показаться.

Он утверждал, что положение соглашения о том, что Иран, США и их союзники будут избегать «любых враждебных действий друг против друга и воздержатся от угрозы или применения силы друг против друга», относится и к поддержке Ираном других сил. Он сказал, что «внимательное прочтение» меморандума о взаимопонимании это подтверждает.

«Невозможно положить конец боевым действиям и конфликтам в регионе, пока иранские марионетки запускают ракеты и беспилотники из Ирака и участвуют в терроризме, как это делали ХАМАС и Хезболла», — заявил Рубио во вторник в Абу-Даби. - «Поэтому я считаю, что это предусмотрено меморандумом о взаимопонимании».

Вэнс изложил аналогичную точку зрения на прошлой неделе в интервью Джейку Тапперу в эфире CNN.

Он заявил, что эта часть меморандума о взаимопонимании означает, что «иранцы должны прекратить финансирование насильственных террористических организаций, они должны прекратить финансирование региональной нестабильности».

Но Трамп не был столь непреклонен.

Фактически, на саммите G7 на прошлой неделе Трамп, похоже, объединил вопрос о опосредованном взаимодействии с ракетами, рассматривая его как вопрос, который будет решен позже, в рамках того, что он назвал «параллельными усилиями со странами Персидского залива по решению неядерных вопросов».

«И мы также поговорим о террористических марионетках, которые у них есть, — мы не хотим, чтобы это произошло», — сказал президент.

Ливан

Немногие проблемы так сильно подрывают зарождающийся мирный процесс, как продолжающиеся боевые действия между Израилем и «Хезболлой» в Ливане. На пресс-конференции во вторник в Абу-Даби Рубио заявил, что мирный процесс там будет отличаться от мирного процесса между США и Ираном.

«Этот процесс отдельный», — сказал Рубио. - «Он отдельный, потому что Ливан — суверенное государство. У него есть правительство. И когда дело касается Ливана и того, что происходит внутри страны, мы будем вести переговоры напрямую с ливанским правительством».

Но это трудно согласовать с меморандумом о взаимопонимании и объяснением Вэнса.

Ни Израиль, ни ливанское правительство не были сторонами меморандума о взаимопонимании. Однако соглашение якобы обязывало «союзников» США и Ирана, к которым, несомненно, относились бы Израиль и «Хезболла», участвовать в «немедленном и окончательном прекращении военных действий на всех фронтах, в том числе в Ливане».

Когда на брифинге в Белом доме на прошлой неделе Вэнса попросили объяснить ливанскую составляющую меморандума о взаимопонимании, он предположил, что она обязывает Израиль и Хезболлу.

«Это означает, что мы ожидаем, что «Хезболла» не будет обстреливать Израиль ракетами и беспилотниками. И мы также ожидаем, что Израиль не будет бесчинствовать в Ливане, верно?» - сказал Вэнс. - «Обе стороны должны выполнить свою часть соглашения».

На прошлой неделе Трамп и Вэнс также оказали значительное давление на Израиль, чтобы тот не предпринимал слишком жестких ответных мер против «Хезболлы». Они даже, похоже, недвусмысленно пригрозили прекратить поддержку США своему давнему союзнику, если военные действия Ирана сорвут мирный процесс с Ираном.

Однако такая позиция вызвала недовольство у консервативно настроенных сторонников жесткой внешней политики, которые считали, что администрация фактически пытается заставить Израиль не защищаться от «Хезболлы».

И тут появляется Рубио, чтобы уладить ситуацию.

Однако неясно, соответствует ли его версия позициям администрации.

И по мере того, как он выступает с публичными заявлениями, это становится тенденцией.