Можно ли национализм победить другим национализмом: мнения

Эксперты считают, что бороться с крайними проявлениями национализма такими же крайними проявлениями национализма бессмысленно и опасно
19 октября 2012  16:58 Отправить по email
Печать

В Киеве в прошлом месяце эксперты обсудили историю и будущее Древнерусского государства. Отрывок из доклада старшего научного сотрудника Института Российской истории РАН, кандидата исторических наук Андрея Марчукова: «Что делать и кем быть? Стратегия и тактика национального вопроса» на Международной научно-практической конференции «1150-летие образования Древнерусского государства: история и современность», прошедшей под эгидой Гражданского форума России, Украины и Белоруссии при участии Института Русского зарубежья 12 сентября 2012 года в Киеве.

«Национализм можно победить только другим национализмом. Отрицание национализма как чего-то априори неприемлемого мешает противодействию национализму/нацизму украинскому. Можно заранее предсказать исход боксёрского поединка, если один боксёр к бою готов, выходит на ринг в перчатках и с каппой, а другой является в коньках или на лыжах, да ещё и заявляет, что бокс — это нехорошо. Если адепты украинского проекта позиционируют себя как националистов, мыслят и действуют в этой системе координат, то и противостоять им можно, лишь выдвинув собственный национальный проект. Недаром в малорусско-общерусском проекте они видят своего смертельного врага и потому так его боятся и ненавидят. Подчеркнём, своим наиболее серьёзным противником они считают его и только его».

ИА REX: Можно ли один национализм победить другим национализмом?

Павел Крупкин, научный руководитель Центра изучения современности (Париж, Франция):

Для ответа на поставленный вопрос вспомним, что нация — это политическое сообщество, объединённое общей коллективной идентичностью, отличительной способностью которой являются наличие двух психологических установок: установки на суверенитет над определенной территорией, и установки на равноправие участников. Т.е. нация — это братство братств, озаботившееся определять порядки на неком куске земли.

Конечно, наряду с отмеченным у наций есть ещё принятое название, есть установки на делиберализацию, на поиск компромиссов при разрешении случающихся конфликтов, есть миф о славных предках, есть сказания о «золотом веке», есть представления о национальной территории, и многое другое, что задаёт культурную специфику удержания рамок эмпатии и взаимопомощи при взаимодействии в общем случае незнакомых между собой людей.

Однако определяющими сообщество как нацию будут именно указанные две установки. Из того факта, что самые развитые страны мира являются национальными государствами, можно сделать вывод, что нации могут быть очень эффективными социальными образованиями, потому при относительно мирном течении дел вряд ли что другое сможет преодолеть «сцепку» людей, задаваемую национальной солидарностью. Разве что другая аналогичная солидарность, что делает тезис г-на Марчукова относительно верным.

Однако в истории известны только редкие случаи «слипания» наций — если вывести за рамки первичный нациогенез за счёт объединения локальных местных идентичностей государств «старых режимов». Самый блистательный пример этого типа — это деконструкция нации «дикси», проведённая «янки» после победы в гражданской войне в США. Другой пример — протекающая на наших глазах сборка наций Европы в единую европейскую нацию. Однако гораздо более частыми являются вычленений новых наций из тела государств, которые упустили развитие субнационального нациогенеза. Примеры тут многочисленны. Последние из них — уже состоявшиеся развал СССР, Чехословакии, Югославии, Грузии, отделение Косова. Из пока ещё незавершившихся можно вспомнить борьбу определенных сил за независимость в Шотландии, Каталании, Фландрии, Сев. Италии. В части Украины можно было бы конечно предположить, что этнонациональный галичанский проект мог бы быть деконструирован общенациональным «Украина — не Россия», однако сила первого и слабость второго пока не позволяют рассматривать этот сценарий как имеющий значимую вероятность. Скорее все же усиление общенационального проекта просто «разорвёт» страну.

Юрий Юрьев, политконструктор:

Если бы сей почтенный теоретик принял участие в нескольких уличных акциях с противостоянием, доведя их до победы, то он бы рассуждал несколько иначе. Дело вообще не в идеологии, дело в квалификации.

К примеру, националистическая «оранжевая» власть в Одессе приняла официальное решение одеть украинскую национальную вышиванку на статую Дюка де-Ришелье на день Незалежности Украины. Это решение было поддержано двумя взводами милиции, райотделом и спецназом. В итоге пятиминутной беседы представителей власти с десятком энтузиастов — представители власти ушли, смущаясь. Дюк — остался бронзовым, без вышиванки. Затем властями был подогнан взвод самых отъявленных националистов Одессы. Результат — тот же. И я не буду объяснять теоретикам, как это было сделано. Как не объяснял это и соратникам, часть из которых могла быть перевербована тогдашними властями.

«Русские марши» в Одессе проходят вполне успешно с тех самых «оранжевых» времён. При попытках нападений на марши — нападения срываются, и милиция успешно задерживает агрессоров. Технология тоже не афишируется, по тем же причинам.

Когда возник провокационный вопрос от украинских националистов, что предпримут русские при нападении на них — они услышали: «спецоперации», — и, сверив сведения о подготовке — поверили.

Могу сказать лишь одно. Количество слов на этих трибунах, как и количество трибун — не играют никакой роли на практике, и все эти люди, по сути, играют в служение обществу за чужой счёт, а не служат ему на деле. Лучше бы о жертвах Ичкерии поплакали хором, даже это вызвало бы больше уважения, чем теоретизировать о риске и крови с безопасных конференций. А вот когда мы увидим этих людей в поле, где их могут затоптать — лишь тогда их мнение будет интересным и даже полезным.

Михаэль Дорфман, писатель (Нью-Йорк, США):

Отрицать национализм, конечно глупо. Национализм существует. Вот пытаться побеждать национализм национализмом — это как тушить пожар бензином. Национализму удавалось противостоять только с позиций превалирования гражданского и общественного над национальным. Иначе национализм первым пожирал своих собственных авторов и до руля добирались не кандидаты исторических наук, а ефрейторы, базарные торгаши и бюрократы.

Андрей Куприков, политолог, сопредседатель Волгоградского регионального отделения «Деловой России»:

Национализм в здоровом обществе всего лишь желание самоидентификации и сохранения традиций и обычаев. А в эпоху кризисов и спада он является одним из способов найти крайнего в проблемах и сделать из него жертву. Срабатывает генетический код свой-чужой, доставшийся со времен пещерного человека, когда жестко стоял вопрос жить или умереть. В общем, побеждает тот, чей национальный кун-фу круче.

Даниэль Штайсслингер, журналист и переводчик (Израиль):

Лучше всё же погасить конфликт, а не обострять его. Чтобы не доводить дело до гражданской войны.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (1):

aravidze
Карма: 5
20.10.2012 00:21, #4128
Неясно, какое "гражданское и общественное" можно противопоставить проекту отказа от науки и хайтека, приоритета интересов сельских жителей, декриминализации мошенничества и его объявления проявлением ума и построения кланового общества (а под знаменем украинского национализма собираются сторонники именно такого проекта). А если выдвинуть противоположный по конкретике проект, то русские узнают его как свой национальный. Так что, к сожалению, рассуждения о сохранении традиций и обычаев и т.п. - мимо цели.
Подписывайтесь на ИА REX
Поддерживаете ли Вы проведение парада Победы 24 июня?
71.7% Да
Считаете ли Вы, что Российская Федерация является:
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть