В случае с Ираном президент США Дональд Трамп, похоже, приближается к промежуточным выборам, ведя свою собственную вечную войну по собственному выбору – своего рода «облегченную версию вечной войны», сообщает CNN.
Это конфликт с неопределенной логикой, меняющимися целями и исчезающей внутренней поддержкой против врага, обладающего большей целеустремленностью и стойкостью.
Условия прекращения огня были настолько расплывчатыми, что практически провоцировали иранских сторонников жесткой линии на их нарушение. Они предусматривали отказ Ирана от того, чего, по его утверждению, у него не было и чего он не хотел – ядерной программы. И в качестве награды Ирану были предоставлены потенциально миллиарды долларов в виде смягчения санкций за возвращение примерно к тому уровню, который, по их утверждению, был в феврале. Иран был ослаблен более чем 13 000 ударами, но выжил и восстановился, а не получил смертельный удар. Кажется, США испытывают больше трудностей с пополнением своих запасов боеприпасов, чем Иран со своими генералами.
В этом и заключается основная проблема, стоящая за неиспользованной мощью. Она показывает, насколько далеко готова зайти соответствующая военная держава, и выявляет глубину её решимости.
«Вечная война» — так описывалась война в Афганистане, где хваленая неисчерпаемость американской огневой мощи, силы и денег достигла предела их выносливости и нежелания ввязываться в отдаленные конфликты. Они могли бы сделать больше, но предпочли этого не делать, хотя успех в Афганистане был связан с местью за 11 сентября и предотвращением его повторения.
Иран представляет собой другую проблему: президент Трамп ни разу не объяснил американской общественности экзистенциальную необходимость войны. Это его конфликт с Coca-Cola Zero, где он считает, что может спокойно выпить банку и не бояться калорий.
Похоже, он просто принял решение начать войну, убежденный в благоприятном моменте, предложенном премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху. У Трампа не было плана на тот день, когда режим мог пасть, или на месяц после первой бомбардировки, или даже на две недели вперед. Небрежный характер начала войны объясняет ее дальнейшее развитие.
БУДЬТЕ В КУРСЕ
Устойчивость Ирана к конфликту служит еще одним примером ограниченности американской мощи. Трамп может угрожать сухопутным вторжением с целью захвата ключевых островов или усилением воздушной кампании. Однако заявления о грядущем усилении насилия с каждым разом оказываются все более пустыми, если они оказываются необоснованными угрозами.
Существуют два ключевых фактора, ограничивающих решимость и насилие со стороны Америки. Во-первых, это цена на нефть, которая, похоже, приближается к новому кризису по мере истощения запасов. Это всегда будет очень публичным, часто предсказуемым, но крайне нестабильным сдерживающим фактором для действий Америки.
Второй фактор — резко падающий рейтинг одобрения самого Трампа. Последний — для 80-летнего президента, возглавляющего государство второй срок, — возможно, менее важен, чем передача его преемнику экономики, находящейся в приемлемом состоянии. Тем не менее, промежуточные выборы могут действительно навредить.
Иран добился своего рода победы просто благодаря своей выдержке и выживанию.
Ирану удалось сохранить функционирование своего режима и подтолкнуть крупнейшую военную державу мира к применению вооруженной силы в надежде заставить ее вернуться за стол переговоров, чтобы в конечном итоге обсудить возвращение к примерно февральскому статус-кво. Это типичный пример американской авантюры и легкомыслия, и последствия для предстоящих десятилетий постепенно становятся очевидными.
Как сообщает REX, США наносят удары по Ирану уже шестую ночь подряд.
Комментарии читателей (0):