Лето и осень 1918 года: Россия в огне от Архангельска до Царицына

Проблема единого фронта контрреволюции
18 февраля 2022  11:35 Отправить по email
Печать

Борьба с эсерами и белочехами, попытками организовать переворот внутри РСФСР, резкое ухудшение отношений со странами Антанты весной и летом 1918 года — этим не ограничивались проблемы советской власти. Продолжалась интервенция на русском Севере. Англо-французская эскадра была уже в Белом море. Под угрозой оказался Архангельск. Большевистская организация города была слабой, Советы не сумели организовать оборону. Попытка призвать пять возрастов (1893−1897 годы рождения) провалилась. Крестьяне не хотели идти в армию, эсеры и меньшевики призывали не сопротивляться союзникам. В Шенкурском уезде попытка мобилизации привела к восстанию. Оно началось 21 июня. Гарнизон Шенкурса — 47 чел. — ничего не мог сделать. Восставшие удерживали город в течение 10 дней. 22 июня в Архангельске и прилегающем к нему районе было введено военное положение. Красных частей в городе было немного — Ярославская бригада (300−350 чел.), небольшой латышский отряд, полк местных войск в стадии формирования. К городу быстро приближались англо-французские силы, полностью господствовавшие на море. После захвата русских военных кораблей в Мурманске в Архангельске имелось всего два вооруженных ледокола — «Святогор» и «Микула Селянинович» и несколько тральщиков. Устье Северной Двины в 60 верстах от Архангельска прикрывали две четырехорудийные батареи (4 шестидюймовых орудия Канэ и 4 шестидюймовых орудия образца 1877 года) на острове Мудьюг. Расположены они были крайне неудачно, орудия стояли на открытых позициях.

Ранее на ИА REX: Август–сентябрь 1918 года. Интервенция, заговоры, террор белый и красный

1 августа к острову подошли два крейсера, авианесущий транспорт и два транспорта с десантом. Это были британский легкий крейсер HMS Attentive и французский броненосный крейсер Amiral Aube. Они потребовали от небольшого гарнизона острова сдаться и, получив отказ, начали его обстреливать и бомбить. Береговые батареи были быстро принуждены к молчанию, долго сопротивляться десанту несколько десятков человек с парой пулеметов не могли. Мудьюг был захвачен. 2 августа Attentive и Amiral Aube высадили десант в Архангельске. Попытка остновить их путем затопления ледоколов в фарвартере Двины окончилась провалом. В ночь с 1 на 2 августа в городе началось антисоветское восстание, повстанцев было около 500 чел., ввиду того, что Ярославская бригада была выведена накануне, захват Архангельска был легким. Восставшие воспользовались неразберихой и начавшейся паникой и легко разоружили красноармейские посты, захватив штаб командования и окончательно обезглавив красную оборону. Перед отступлением командующий Северным фронтом М. С. Кедров отдал приказ о взрыве пороха и снарядов в гавани «Экономия», по полк. М. М. Костевич, которому было поручено это задание, саботировал его выполнение.

2 августа весьма значительная часть населения Архангельска радостно встречала союзников. В тот же день в городе было создано Временное правительство Северной области во главе с Н. В. Чайковским. И он, и его министры были членами Учредительного собрания. Чайковский был народным социалистом, остальные — эсерами, за исключением одного кадета. Оно немедленно обратилось к населению области с кратким изложением своей программы — защита края от немцев и финнов, воссоздание единой России, созыв Учредительного собрания, создание местного управления, восстановление земств и городских дум, обеспечение прав трудящихся, прав крестьян на землю, обепечение снабжения продовольствием и т. п. Власть нового правительства была непрочной. Чайковский заявил, что не будет вести партийной политики, но часть офицеров не доверяла этим заявлениям. Уже через две недели его правительство было свергнуто командующим Вооруженными силами Северной области капитаном 2-го ранга Г. Е. Чаплиным. Арестованные были сосланы в Соловецкий монастырь. Только вмешательство послов Антанты вернуло Чайковского на свое место. Это было сделано вовремя, так как эсеры при поддержке части крестьян уже начали формировать отряды для борьбы с переворотом.

Большевики ушли на годных к плаванию пароходах в Котлас, находившийся в 625 верстах вверх по реке. 5 августа их караван пришел к этой пристани. В тот же день командующий Вологодским районом А. И. Геккер отдал весьма энергичное распоряжение: «Приказываю Архангельскому губисполкому не отходить далее Котласа. Дальнейший уход без реальной опасности будет рассматривать как предательство и измена революции». Стиль приказа объяснялся обстоятельствами. Летом 1918 года принципиально важной задачей союзников было создание единого фронта противников большевиков, ориентирующихся на Антанту, от Севера до Юга России при помощи белочехов. Возникла возможность объединения антибольшевистских сил Сибири, Поволжья и Севера, упущенная после поражения Савинкова в Ярославле и Рыбинске. Наступление продолжалось вплоть до осени. Ижевско-Воткинское восстание облегчало реализацию планов наступления на Вологду и на Котлас.

Красная армия на Северном фронте была крайне немногочисленна. В августе 1918 г. здесь имелось около 2 тыс. чел., в октябре численность красноармейских отрядов, включая тыловые службы, выросла до 8 тыс. чел. В районе Архангельска у союзников имелось около 11 тыс., у белогвардейцев — около 19 тыс. чел. Вологда была соединена с Архангельском железной дорогой, и в случае овладения этим городом и районом Верхней Волги, как это планировал во время восстания Савинков, устанавливалась бы связь по железной дороге с Уралом и Сибирью. Речной путь на Архангельск открывался в Котласе. После взятия чехами Перми и союзниками Архангельска этот маленький поселок на слиянии Вычегды с Северной Двиной (в 1911 году его население равнялось 614 чел.) приобрел огромное значение. В 1897 году к нему была подведена железная дорога Вятка — Котлас, а в 1909 году Пермь была соединена железной дорогой с Екатеринбургом, в 1912 году Екатеринбург был связан таким же образом с Омском и Сибирской железной дорогой. К 1917 году Котлас превратился в важнейший перевалочный и распределительный пункт на Северной Двине, по которой отсюда отправлялись и принимались грузы из Архангельска. В случае взятия Котласа союзники и белочехи получали скопившиеся здесь на складах запасы боеприпасов и взрывчатки, а также работающую коммуникационную линию, на основе которой можно было обеспечивать снабжение единого фронта.

«Котлас прекрасно организует защиту, — сообщали Ленину сразу же после того, как Геккер отдал свой приказ. — Местный исполком на высоте положения».

Организацию обороны взял на себя товарищ председателя Архангельского губисполкома П. Ф. Виноградов. Её основой стала созданная буквально за несколько дней Северо-Двинская флотилия. Она состояла из имевшихся речных пароходов и буксиров — это были тихоходные колесные деревянные низкобортные суда с небольшой осадкой, которые спешно принялись вооружать. Для вооружения плавучих батарей из Кронштадта были присланы 120-мм морские орудия и группа моряков, которые установили их на железные баржи. В бой они вступали, находясь на буксире. Уже 11 августа на подступах к Котласу на Северной Двине начались первые бои с англо-американцами. 13 августа под командованием Виноградова был достигнут первый успех в боях с флотилией интервентов. 14 августа в составе красной флотилии было три парохода с 37-мм орудиями и пулеметами. 14 сентября британцы и белогвардейцы потопили один из них, Виноградов погиб. Но со своей задачей он успешно справился. Интервенты не овладели Котласом. К сентябрю 1918 года этот город превратился в главную тыловую базу Северного фронта.

Несмотря на эти успехи, главной своей задачей командование Восточного фронта в октябре 1918 г. считало необходимость удержания наступления противника хотя бы до заморозков, зима исключила бы возможность ведения активных действий, при этом ведя наступление на Восточном фронте. К концу навигации флотилия состояла из пяти пароходов с трехдюймовым орудием на каждом, двух барж с четырехдюймовками и двух плотов с шестидюймовыми и горными трехдюймовыми орудиями. Советское командование считало, что эти суда обладают «условной боевой приспособленностью». вывод был очевиден — к 1919 году требовалось резко усилить боеспособность флотилии. 14 ноября 1918 года Северная Двина встала, морозы сковали её льдом, кампания флотилии была закончена. К началу навигации флотилия уже состояла из трех отрядов, в которые входили вооруженные пароходы, плавучие батареи, буксиры, транспорты и т. д. — всего свыше 50 вымпелов. Котлас был удержан.

Летом 1918 года огромное значение для обороны РСФСР приобрела опасность объединения белых и на Юге, где ключевое значение приобретал Царицын (совр. Волгроград). Здесь находились большие запасы хлеба, проходила линия снабжения центра рыбой и т. д. Оборону города возглавил бывший ген.-л. А. Е. Снесарев, с начала июня 1918 года в город прибыл И. В. Сталин. Он не доверял бывшим офицерам, и имел для этого основания. Уже 11 июня он известил Ленина, что военспецы из штаба округа «…вообще чувствуют себя как посторонние люди, гости». Начальник штаба и заместитель Снесарева — бывший ген.-м. А. Л. Носович — был агентом Добровольческой армии и, по собственным воспоминаниям, активно занимался вредительством и шпионажем и готовил в Царицыне восстание. Предшественник Сталина — комиссар Северо-Кавказского военного округа К. Я. Зедин — полностью доверял военным специалистам. Носович весьма негативно относился к Сталину, но дал ему такую оценку:

«Сталин — образованнейший, умный, хитрый, весьма изворотливый и не стесняющийся в средствах большевик, старый и известный партийный деятель, быстро раскусил глупого Зедина, и карьера нашего комиссара и генерала Снесарева, деятельность которого была более чем пассивна, быстро кончились».

Сталин поначалу осуществлял партийный контроль, а вскоре встал во главе обороны. Снесарев был замещен К. Е. Ворошиловым. Сталин, по словам Носовича, стал «главным двигателем и главным вершителем всего».

19 июня в Царицыне было объявлено военное положение, началась мобилизация добровольцев из рабочих, крестьян и казаков для обороны города. Население призывалось к бдительности:

«Темные силы пытаются использовать тревогу в городе, посеять панику и выступить против советской рабочей и крестьянской власти. Опыт целого ряда городов, переживших ужас Гражданской войны, бунтов, контрреволюционных мятежей, научил нас в целях удержания незыблемых завоеваний трудящихся масс действовать решительно и беспощадно по отношению ко всякому проявлению контрреволюционных замыслов».

Чрезвычайные меры диктовались чрезвычайной ситуацией. Краснов активно сотрудничал с немцами, и те оказывали ему поддержку, включая поставки оружия и боеприпасов и совместные военные действия против советских войск в районе побережья Азовского моря. К концу июля Царицын был окружен с трех сторон, железнодорожные пути, ведущие к нему, были отрезаны. 11 августа военное положение было введено во всей Царицынской губернии. Гарнизон надеялся получить помощь из Астрахани, но 15 августа в городе началось восстание. Оно было подавлено, но обстановка исключала отправку подкреплений в Царицын. Здесь также готовилось восстание, оно должно было начаться 18 августа, но его упредили чекисты.

15−20 августа Красная армия вела оборонительные бои на подступах к городу, а 22 августа наступил перелом в боях. Донская армия потерпела поражение и начала отходить. Первоначально успех был не ясен и красноармейцы осторожно двигались вперед, но затем отход выявил наметившуюся дезорганизацию и потерю дисциплины среди казачьих частей. Ко 2 сентября большая их часть уже перешла Дон. Царицын не входил в состав Области Войска Донского, но он имел важное экономическое и стратегическое значение, и Краснов решил округлить свои владения именно в тот момент, когда его армия находилась в отступлении. 1 сентября Войсковой круг издал указ о занятии Донской армией Царицына, Камышина, Балашова, Новохоперска, Калача и т. д. Сделать это не удалось, среди рядового казачества все сильнее проявлялось нежелание выходить за пределы Донской области, да и вообще воевать летом, в разгар сельскохозяйственных работ, казаки не хотели.

3 сентября командующий войсками Усть-Медвеицкого округа ген.-м. А. П. Фицхелауров доложил о том, что его войска абсолютно ненадежны, и не только фронтовики (больше подверженные влиянию пропаганды большевиков), но даже и старики открыто заявляют, «что не знают, за что борются, и что им с Красной Гвардией лучше жилось». В тот же день, 3 сентября, Совнарком РСФСР издал Декрет «о новом трудовом и свободном устройстве Донской земли», который предполагал созыв Походного Круга Советского Войска Донского, который должен был призвать трудовое население в армию и заняться очищением области от контрреволюционеров. На сторону Советов стали перебегать уже не одиночки, а целые части. 6 сентября последние подразделения красновцев были отброшены за Дон. Поддержки от немцев не было, обстановка исключала выделение значительных сил кайзеровской армии на Восток.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Должны ли быть казнены военные преступники, приговорённые судом к смертной казни в ЛДНР?
86.1% Да
После вхождения ЛДНР, Запорожской и Херсонской областей в состав РФ, оставшиеся области бывшей УССР
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть