Эхо карабахской войны отразилось в Ираке и Сирии

Анкара и Тегеран воспринимают конфликты в Ираке и в Сирии в качестве возможности усилить свое региональное влияние, разыгрывая самые разные «карты»
4 марта 2021  13:21 Отправить по email
Печать

Между Турцией и Ираном разразился политико-дипломатический скандал на иракском направлении. Спикер парламента Ирака Мохаммед аль-Халбоуси призвал послов Ирана и Турции уважать суверенитет Ирака и не вмешиваться в его внутренние дела. Дело в том, что посол Ирана в Ираке выступил с заявлением, в котором призвал президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана свернуть военное присутствие на территории Ирака и соблюдать международные границы. Он отметил, что «турецкие силы не должны являть собой угрозу для иракской территории, а безопасность территорий Ирака предоставить исключительно национальным силам». В ответ Анкара вызвала в МИД иранского посла в Турции Мохаммеда Феразменда, которому, как сообщает турецкое правительственное агентство Anadolu, было заявлено, что «Турция ожидает от Ирана поддержки в борьбе с терроризмом, а не противодействия».

На этом, казалось бы, инцидент можно было считать исчерпанным. Но затем последовало заявление главы МИД Ирана Мохаммада Джавада Зарифа с более широким географическим охватом. Он указал, что Тегеран «отвергает военное присутствие Турции в Сирии и Ираке» и считает «политику Анкары в отношении Дамаска и Багдада ошибочной». В чем дело и почему именно сейчас на этом треке стали обостряться ирано-турецкие отношения? Ведь Турция уже не первый год осуществляет военные операции на севере Ирака против Рабочей партии Курдистана (РПК), которую она считает «террористической», а на севере Сирии поддерживает сирийскую оппозицию и открыто выступает против Дамаска? В то же время Анкара и Тегеран участвуют в астанинском процессе по сирийскому урегулированию. Причин несколько, они не очевидны, хотя эксперты высказывают несколько версий.

Первая: Анкара совершает действия упреждающего характера, полагая, что президент США Джо Байден станет более активно разыгрывать в регионе «курдскую карту» с опорой на Иракский Курдистан, где она пытается закрепиться. Вторая версия: у Анкары появились подозрения, что Тегеран вступил в сотрудничество с частью РПК, хотя ранее Анкара и Тегеран объединяли свои усилия, чтобы оказать давление на Эрбиль, и наносили скоординированные военные удары по курдским военным формированиям, укрывшимся в районе тройной границы между Ираном, Ираком и Турцией. Теперь турецко-иранское партнерство, похоже, стало сталкиваться с препятствиями из-за конфликта в Синджаре, считающемся не только исторической родиной езидов, но и зоной интересов проживающих там туркоманов, которые ориентируются на Турцию и вынашивают идею создания своей автономии в Ираке.

По разным данным, их только в Ираке насчитывается от 600 тысяч до 3 миллионов человек. Это потомки переселенных в Междуречье в Средневековье колонистов, представителей тюркоязычных племен для защиты завоеванных турками-османами арабских и курдских территорий вдоль коммуникационных линий и крепостей в приграничье. Эта историческая особенность во многом и предопределяет сегодняшнее положение данного меньшинства. Их «ареал проживания» протянулся с севера на юг от города Талль-Афар на севере до деревень провинции Дияла на юге, включая такие «культовые» для них и курдов города, как Мосул и Эрбиль. Особенно много их было в провинциях Найнава, Киркук и Дияла. Опираясь на них, Анкара рассчитывает хоть как-то нейтрализовать значение курдского фактора.

Наконец, есть третья версия, которая уже не выглядит экзотической. После успешной для Азербайджана карабахской войны, в которой Анкара оказала активную поддержку Баку, в так называемом Иранском Азербайджане стало заметно расти влияние Турции — и эта проблема становится стресс-тестом для отношений Турции и Ирана. Некоторые эксперты допускают, что, Эрдоган собирается превратить Иранский Азербайджан в аналог Карабаха. В Тегеране подозревают, что Эрдоган намерен создать на Большом Ближнем Востоке «коалицию стран и народов тюркского мира». Теперь перед Ираном стоит задача по активизации процессов формирования и укрепления централизованно управляемой шиитской и фарсиязычной нации с креном в сторону «персидского» национализма.

Вот почему для объяснения нынешних противоречий между Ираном и Турцией одних общих общеполитологических рассуждений недостаточно. Выпирает историческая матрица региона, которая после Ирака, Ливии и Сирии потенциально грозит и дезинтеграцией Ирана. Исторически сложилось так, что османо-сафевидский раскол был результатом соперничества двух тюркских династий, которые, соответственно, исповедовали суннитский ислам и шиитский суфизм. В современной истории Турция и Иран проходят тот же путь, точнее, их выталкивают на эту колею. При этом Анкара и Тегеран воспринимают конфликты в Ираке и в Сирии в качестве возможности усилить свое региональное влияние, разыгрывая самые разные «карты».

Правда, сирийский кризис, с одной стороны, подтолкнул Иран и Турцию в сторону совместной борьбы с общими угрозами, с другой, обнажил исторические проблемы, которые становятся аргументами в современной реальной политике. Но две страны потенциально нависают над пропастью фрагментации, противодействие которой требует объединения их усилий. Получится ли? Ведь пока они, имея военное присутствие в Ираке и в Сирии, используют их как поле битвы для продвижения своих региональных интересов.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Победила ли Россия Запад в гонке вакцин?
70.6% Да
Начнётся ли в 2021 году Третья Мировая война с применением вооружений?
Подписывайтесь на ИА REX
Видео партнёров

Это нужно живым

Войти в учетную запись
Войти через соцсеть