Империя зверя или труда. Что нас ожидает и от чего это зависит?

Выбор между трудом и капиталом, а значит и варианты будущего, зависят от самого человека, во всяком случае, пока он ещё существует…
30 октября 2020  17:30 Отправить по email
Печать

Сегодня очень многие специалисты-гуманитарии говорят о том, что мы сейчас живем в период транзита от капитализма в какое-то другое общественное состояние, если, конечно, это новое состояние можно будет именовать «общественным». Но дело не только в том, что говорят специалисты. Достаточно просто внимательно приглядеться к окружающей нас действительности, выйти на улицу, залезть в интернет, посмотреть ленту новостей, чтобы почуять разложение не только капитализма, но и всего прежнего мира и человека. Уверен, очень многие так называемые простые люди это ощущают. Однако они предпочитают закрываться от этого ощущения при помощи психологических и иных защит.

Часто говорится, что «и раньше так было». Что в каком-нибудь Древнем Египте старшее поколение сетовало на упадок и нравы молодежи, однако, вот уже прошли тысячелетия, а человечество живет, стало быть, и сейчас так будет. Я встречал и более оригинальную идеологическую систему защиты от происходящего вокруг нас. Один знакомый профессор после долгого разговора со мной в итоге заявил, что наше поколение уже ни на что не годится, и следующее тоже, зато когда-нибудь потом родится новое, которое все сделает как нужно. На мой вопрос о том, что же должно породить это новое поколение, мне было отвечено — «природа». Я бы не придал этому воззрению большого значения и не стал бы знакомить с ним читателя, если бы через какое-то время ровно то же самое я не услышал от представителя пролетарской среды. Потом же я слышал нечто подобное с вариациями еще не один раз.

Дело, конечно, не в профессоре и рабочем, с которыми мне удалось побеседовать, а в том, что с нами что-то происходит очень скверное. Я, конечно, не могу абсолютизировать результаты моего скромного полевого «социологического исследования», однако убежден, что оно указывает на определенный тренд в нашем обществе.

После краха СССР многие люди утратили не только советские ценности, но серьезной деформации подверглась вся ценностная сфера как таковая, после чего во многих головах поселилось то, что я про себя называю словом «биологизаторство». Рождение детей, здоровье и другие, безусловно, важнейшие составляющие человеческой жизни постепенно лишаются собственно человеческого содержания, а природная сторона начинает преобладать, делая их самоценными. Человечество или как минимум существенная его часть начинает разувериваться в своем человеческом потенциале и становиться биологоцентричным.

Как бы общество отреагировало на коронавирус, случись он лет на 20 раньше, когда еще не был столь моден «ЗОЖ» (здоровый образ жизни), который, разумеется, никакого отношения к заботе о здоровье не имеет? Но сегодня, когда многие пекутся о здоровье для здоровья и потому, естественно, не могут достигнуть якобы желаемого ими здорового состояния, коронавирус стал суперугрозой и модой (на улицах все больше встречается людей в примодненных масках) и чем-то вроде социальной игры. Мало кто интересуется и пытается рационально понять степень этой угрозы, изучает статистику и сравнивает ее со статистикой других заболеваний, оценивает меры, которые предпринимают наше государство и весь мир и думает о том, какие меры следовало бы предпринять на самом деле. Реальность мало кого интересует. По миру идет волна не столько нового заболевания, сколько волна истерии, подогреваемой СМИ и правительствами большинства стран. Основой же этой истерии является разуверение человека в своих человеческих возможностях, неверие в силу своего интеллекта, воли и души. Однако к истерии, увы, все далеко не сводится.

16 октября после всероссийской мультимедийной конференции «Биоэтика и генетика: вызовы XXI века» ведущий научный сотрудник Национального медицинского исследовательского центра эндокринологии Минздрава и член президиума Российской ассоциации содействия науке РФ Мария Воронцова заявила о том, что, ввиду стремительного развития биотехнологий и области редактирования генома человека, необходима широкая общественная дискуссия и привлечение специалистов по биоэтике и праву. А потом она добавила самое главное:

«И, конечно, позиция общества здесь будет чрезвычайно важна и сможет предопределить судьбу этих технологий, потому что именно простые люди станут их непосредственными потребителями».

То есть в скором времени «потребителями» технологий, связанных с редактированием генома человека, станут «простые люди». А не давно в Совете Федерации по данному поводу высказались Михаил Ковальчук и Владимир Путин. О чем идет речь и каким образом технологии редактирования генома человека найдут столь широкое применение?

Возможный ответ на этот вопрос можно найти в заявлении финансируемой Биллом Гейтсом компании Moderna, которая в середине мая заявила, что достигла предварительных результатов в области разработки вакцины против коронавируса на основе технологий работы с матричной РНК. Если не вдаваться в подробности, то данная технология, хотя и не является столь грубым вмешательством в геном, как технология на основе CRISPR/Cas9, за которую недавно была присуждена Нобелевская премия американскому генетику и биохимику Дженнифер Дудне, однако, по факту, технология работы с матричной РНК также приводит к изменениям на генном уровне. Причем, как говорят многие специалисты, подобные генные изменения порождают непредсказуемую череду мутаций.

Наличие и продвижение подобных разработок столь знаковыми людьми и компаниями, как гейтсовская Moderna, вызывает особое беспокойство в связи с недавним заявлением главы Роспотребнадзора Анны Поповой от 27 октября, согласно которому очень скоро должна начаться массовая вакцинация от коронавируса. Можно, конечно, надеяться, что Попова имеет в виду совсем не ту вакцину, которую разрабатывают Гейтс и ко, однако, что тогда имела в виду Воронцова, пообещавшая широкое «потребление» технологий, связанных с редактированием генома? Если речь пока не идет о массовом превращении людей в ГМО, то как минимум к безумным карантинным мерам, очевидно, хотят добавить массовую вакцинацию.

Удастся ли определенным силам пропихнуть еще и эту вакцинацию — отдельный вопрос. Я тут обсуждаю только то, что «биологоцентричное» сознание части человечества, которое разуверилось в самом себе, вполне может позволить сделать с этим человечеством все что угодно. А, впрочем, почему обязательно «позволить»? Некоторые уже начинают производить с собой определенные действия самостоятельно.

13 октября интернет издание «Бумага» сообщило о 22-летней жительнице Петербурга, которая вживила себе в руки банковскую карточку и чип от домофона, чем с радостью поделилась со своими подписчиками в интернете. Ну и что вам больше нравится? Превращение человека в чипированного робота или в отредактированное биологическое существо?

Этот «биологизаторский», антигуманистический мегатренд, лишь отдельные актуальные проявления которого я тут описываю, встал на общечеловеческую повестку дня очень давно, а его истоки коренятся в доисторических древних глубинах. Наиболее полно и глубоко на его возможное пришествие отреагировали два величайших мыслителя: Карл Маркс и Георг Вильгельм Фридрих Гегель. К сожалению, на мой взгляд, человечество, причем даже в его гуманитарной и интеллектуальной части, до сих пор в должной мере не оценило то, что было сказано двумя этими гениями касательно актуальной повестки дня.

Если говорить очень огрубленно, то сказанное ими можно свести к следующему. Человечество стоит у барьера. Капитализм является последней стадией «стихийного», как говорил Маркс, развития, основанного на классовом обществе и разделении труда. После капитализма человечество неминуемо перейдет в новую фазу: либо это будет царство труда, то есть коммунизм, либо царство зверя. Маркс делал ставку на коммунизм и «сверхисторию», которые может достигнуть человечество при условии, если оно не разуверится в себе и сделает внутреннюю сущностную ставку на труд. Гегель же предсказывал «конец истории» и делал ставку на принципиальную невозможность благой человеческой трансформации.

Чтобы никто не подумал, что я наговариваю на Гегеля и слишком упрощаю его сложнейшую философию, я приведу слова из «Введения в чтение Гегеля» умнейшего неогегельянца Александра Кожева, который по совместительству являлся одним из «архитекторов» Евросоюза. В своей книге он пишет:

«Гегелевский «Реализм», следовательно, не только онто-логичен, но и метафизичен. Природа независима от Человека. Будучи вечной, она существует до и после него. Именно в ней он рождается, как мы только что видели. И как мы сейчас увидим, Человек, который есть Время, исчезает тоже в пространстве Природы. Ибо Природа переживает Время».

Высказав глубочайшую мысль о том, что человек «есть Время», с исчезновением которого кончается история и человек, Кожев далее описывает конец истории так:

«Если допускается «исчезновение Человека в конце Истории», если утверждается, что «Человек продолжает жить в качестве животного», с уточнением, что «тот, кто исчезает, это собственно Человек», то нельзя сказать, что «все остальное сохраняется неопределенно долго: искусство, любовь, игра и т. д.». Если Человек снова становится животным, его искусства, любови, игры и прочее также должны снова стать чисто «естественными». В таком случае пришлось бы допустить, что после конца Истории люди строили бы здания и создавали произведения искусства точно так же, как птицы вьют гнезда, а пауки ткут паутину, они исполняли бы музыку по примеру лягушек и кузнечиков, играли бы, как играют щенки, и занимались любовью так, как это делают взрослые звери. Но вряд ли можно сказать, что все это «сделало бы Человека счастливым». Надо было бы сказать, что постисторические животные вида Homo sapiens (которые будут жить при изобилии и в полной безопасности) будут довольны своим художественным, эротическим, игровым поведением, поскольку, по определению, они будут им довольны. Но это не все. «Окончательное уничтожение собственно Человека» означает также окончательное исчезновение человеческой Речи (Логоса) в собственном смысле. Животные вида Homo sapiens реагировали бы посредством условных рефлексов на звуковые или зрительные сигналы, и их, так сказать, «речь» ничем бы не отличалась от «языка» пчел. Тогда исчезли бы не только Философия или поиски дискурсивной Мудрости, но и сама Мудрость, ибо постисторические животные не могли бы «познавать [дис-курсивно] Мир и самих себя».

Констатировав сию неприглядную картину в 1946 году, далее, в 1948 году, Кожев ниже пишет такое пояснение к ней:

«В то время, когда я писал это Примечание (1946 год), возвращение Человека в животное состояние не казалось мне столь уж немыслимым в качестве некой перспективы (впрочем, более или менее близкой). Но вскоре (в 1948 году) я понял, что гегелевско-марксистский конец Истории уже не будущее, но настоящее. Наблюдая происходящее вокруг и размышляя о том, что происходило в Мире после Йенской битвы, я понял, что Гегель был прав, видя в ней конец собственно Истории. В этой битве и посредством этой битвы авангард человечества виртуально достиг предела и цели, т. е. конца исторического развития Человека. То, что происходило потом, было лишь распространением универсальной революционной власти, учрежденной во Франции Робеспьером — Наполеоном».

Тут Кожев очень двусмысленно и лживо называет этот конец истории «гегелевско-марксистским». Маркс по всем фундаментальным пунктам являлся оппонентом Гегеля и никогда не говорил о конце истории как таковой. Однако согласимся с тем, что описанный тут Кожевым гегелевский конец истории имеет самое непосредственное отношение к нашей сегодняшней актуальной реальности. Капитализм после краха СССР, то есть краха марксистского, коммунистического проекта, стремительно мутирует на наших глазах в нечто такое, что уже вряд ли можно будет назвать этим словом. А люди начинают самостоятельно вживлять себе чипы и делают ставку на ту самую «природу», которая, по словам Кожева, «переживет время», а значит историю и человека.

В этой ситуации, как всегда «спасение утопающих, есть дело самих утопающих». Отечественный философ Алексей Михайлович Руткевич в своей книге «Философия истории Александра Кожева» так комментирует вышеприведенные рассуждения Кожева:

«Прежний Буржуа порождает два борющихся класса. Кожев отчасти следует здесь за Марксом, но только для него центральным феноменом буржуазного общества является не борьба пролетария с порабощением. Рабочий — это бедный буржуа, желающий стать богатым. И богатый, и бедный буржуа порабощен Капиталом. Буржуа является рабом самого себя».

Пока рабочий мечтает превратиться из одной миллиардной условного Абрамовича в одну его миллионную, а условный Абрамович мечтает из одной тысячной части триллионного западного капитала превратиться хотя бы в его сотую, ничего, кроме царства зверя, в очень скором будущем нас не ожидает.

Если же мы вновь поверим не в капитал и «природу», а в свои человеческие возможности, человеческую целостность и труд, тогда нас ждет если не коммунизм, то хотя бы какое-то будущее. О коммунизме же Маркс в своей «Критике Готской программы» писал:

«На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни».

Выбор между трудом и капиталом, а значит и варианты будущего, зависят от самого человека, во всяком случае, пока он еще существует…

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Лукашенко для России?
66.1% Зло
COVID-19
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть