«Настоящий кавказец» Александр Хлопонин

Владимир Зорин - заместитель директора Института этнологии и антропологии РАН, доктор политических наук, профессор
21 июня 2013  23:39 Отправить по email
Печать

Существует какой-то странный парадокс: в центральной части России устойчиво сохраняется стереотип Северного Кавказа как одного из самых неспокойных мест страны. Да, Кавказ всегда был сложным регионом: его трудно было покорить, трудно удержать, трудно интегрировать, но оторвать от русской ментальности Кавказ уже невозможно. В этой связи уместно вспомнить слова великого поэта Расула Гамзатова: «Дагестан добровольно не входил в состав России, добровольно и не выйдет».

Кавказ есть единое с Россией культурное, экономическое и политическое пространство. Однако в этом регионе социокультурная трансформация  имела и имеет ярко выраженную этнокультурную специфику, понять которую дано не каждому. Еще недавно многие рассматривали Северный Кавказ как особое явление российской истории, уникальный способ взаимодействия центра и периферии. Но тогда этот регион постепенно «вываливался» из России. Сегодня ситуация изменилась. С кавказских гор все чаще звучат призывы к укреплению порядка, государственности, единства, вверх берет идея общероссийской самоидентификации, возрождается феномен «кавказца».

Речь вовсе не об устоявшемся штампе «лицо кавказской национальности». Наместник Кавказа в 1905-1915 годах граф Иван Илларионович Воронцов-Дашков, подбирая должностных лиц для службы в административно-чиновничьем аппарате, против фамилии каждой из кандидатур указывал на свойственные ей характерологические черты. И среди таких качеств, как порядочность, трудолюбие, толковость, твердость и прочее, он писал «настоящий кавказец».

Сам Воронцов-Дашков причислял себя к разряду именно таких «кавказцев». Именно ему император Николай II предоставил широкие полномочия по управлению краем. Потому что граф, в отличие от своих предшественников на этом посту, давал грамотную диагностику ситуации в крае, которая была, как всегда, непростой. Причем, выход он видел не столько в военно-политическом решении проблем, сколько в совершенствовании системы управления краем, направленной как на усиление влияние центра, так и поддержку коренных народов, интеграции их в государственную систему.

Сегодня подобные задачи – и по характеру, и по масштабу – стоят перед Александром Хлопониным, вице-премьером Правительства РФ и полномочным представителем Президента России в Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО). Любопытное сравнение: в октябре 1905 года Воронцов-Дашков, осознав груз проблем, который ему предстоит решать  на Кавказе, под предлогом болезни обратился к Николаю II с просьбой об отставке. Он писал: «Дела кавказские требуют другого наместника, молодого, здорового и более предприимчивого».

По имеющейся информации, и Александр Хлопонин, показавший себя на посту губернатора Красноярского края как талантливый управленец, руководствующийся государственными задачами, видел для себя иные карьерные перспективы. То, что он «согласился на Кавказ» является примером гражданского мужества и патриотизма. Тем более что ему стали предрекать опасность оказаться в сетях управленческой интриги между аппаратами федерального и регионального подчинения, столкнуться с недовольством местных элит, которых лишили прямого выхода в Центр и замыкали на вице-премьера.

Александра Хлопонина не сразу приняли так называемые московские кавказоведы, считающие себя гуру в толковании проблематики региона. «Для руководства этим регионом нужен тот, кто вырос на Кавказе, причем, желательно, чтобы он был местным  русским, евреем или татарином», - вслух рассуждал один из таких «экспертов». Мол, иначе Хлопонину не удастся сгладить многочисленные внутриэлитные и межэтнические конфликты на Кавказе. И мало кто тогда говорил о плюсах нового наместника: отсутствии личных интересов среди местных политических и экономических элит и кланов, которые давно наладили свои тропы в Москву, свежий взгляд на существующие  проблемы, прямой выход на первых лиц государства, способность  вычислять и решать первостепенные для региона проблемы.

Вернемся еще раз к истории. Граф Воронцов-Дашков после назначения составил  программу реформ на Кавказе в форме «Всеподданнейшей записки генерал-адъютанта графа Воронцова-Дашкова предположения и мер по управлению Кавказским краем». Александр Хлопонин в одном из своих интервью следующим образом определил свои задачи: «Президент России и Правительство приняли решение приблизить федеральный центр к людям, проживающим на Северном Кавказе. Проблем в регионе много, начиная от экономики и политики и до межнациональных отношений, экстремизма, терроризма.

Поэтому была поставлена амбициозная задача: создать программу развития Северного Кавказа, предложить принципиально новые подходы к экономике территории с разработкой соответствующих механизмов. В принятой модели стало очевидно, что округ должен курировать человек со статусом не ниже вице-премьера: поставленные задачи требуют координации деятельности всех федеральных министерств и ведомств, и любой уровень ниже этого затрудняет такую координацию».

Необходимо было добиться максимального включения региона в общественно-политическое пространство России, запустить модернизационные  процессы через концентрацию внимания федерального центра на проблемах округа. Это как раз то, на чем в свое время настаивал Воронцов-Дашков, когда предлагал оценить ситуацию в крае с общегосударственной точки зрения с выходом на оптимальные решения. Именно проблема поисков оптимальных решений тогда и позже являлась камнем преткновения во взаимоотношениях по линии Центр – регионы.

Александру Хлопонину удается осваивать специфику края, адаптировать политические и управленческие стратегии к реалиям. На начальном этапе программно- целевого менеджмента он делал главную ставку на технократические и туристско-экологические проекты, экономическое и социальное ускорение, интенсификацию всех сторон жизни северокавказского сообщества. На втором этапе были предприняты политические и управленческие усилия для полнокровной интеграции северокавказского сообщества в российский социально-экономический и общественно-политический процесс при сохранении этнокультурной самобытности региона.

Сегодня даже его критики признают, что идея российской гражданской идентичности  стала на Северном Кавказе доминирующей. Технологически это достигнуто за счет многочисленных конференций, форумов, заседания которые проходили в разных городах Северного Кавказа, на которых обсуждались острые проблемы округа и предлагались пути их преодоления. В управленческую практику внедрялись «мозговые штурмы» на целевых советах, а их немало – Совет по вопросам миграции, антикоррупционный и так далее.

Достаточно быстро была разработана «Стратегия социально-экономического развития Северокавказского федерального округа до 2025 года». Затем была создана и принята Государственная программа Российской Федерации «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 года, основными целями которой стали формирование условий для развития реального сектора экономики и повышение качества жизни и благосостояния граждан.

Один из важнейших и интересных ресурсов инновационного развития территорий – это их этнокультурные бренды. Исследования, проведенные Институтом этнологии и антропологии РАН, показывают, что они составляют около 25% инвестиционной привлекательности регионов. А при создании брендов территорий важна целевая аудитория, для которой выделяется или подчеркивается та или иная характеристика места. Необходимо подчеркнуть, что в каждом регионе набор брендовых историко-культурных характеристик свой, он не постоянен. Вспоминая образы конкретных территорий и мест, люди выделяют массу их привлекательных достопримечательностей и явлений, которые действительно выглядят яркими брендовыми характеристиками. Однако нельзя закрывать глаза и на негативные характеристики, которые широко распространены в массовом сознании. Их нужно постепенно замещать позитивными образами, объединив усилия власти, прессы, институтов гражданского общества и самого населения.

Это понимает Александр Хлопонин. Он инициировал работу по поиску новых этнокультурных брендов и адаптации к современным реалиям традиционных представлений, которые бы популяризировали и закрепляли «позитивную повестку на Кавказе», регионе с уникальным соцветием культур и религий. В интеллектуальное пространство вводятся такие тренды, относящиеся к региону, как «Культура против террора», «Культурная столица», «Северный Кавказ – многоцветье культур», «Кавказские игры», «Театры России – Северному Кавказу» и другое. Все перечисленное помогает стабилизировать общую социокультурную обстановку Северного Кавказа.

Отдельная и болезненная тема – проблема обеспечения безопасности в округе. Безусловно, регулярно появляющиеся сообщения о резонансных преступлениях, сохраняющейся активности бандитского подполья и угрозах террористических актов не способствуют формированию привлекательного для инвесторов и туристов образа Северного Кавказа. Во многом это связано со сложившейся в СМИ своего рода привычкой искать и публиковать негатив в отношении северокавказского региона.

При этом факт, что уровень уголовной преступности в СКФО значительно ниже общероссийского – здесь совершается 776 преступлений на 100 тысяч жителей (в среднем по России – 1609) – мало кому известен. Кроме того, по информации секретаря Совета безопасности РФ Николая Патрушева, в 2012 году в округе зафиксировано также и снижение числа преступлений террористической направленности на 43%. Может быть все же пора понятие «Северный Кавказ» воспринимать в позитивном смысле, отказаться от поверхностных оценок и негативных эмоций, которые еще иногда связываются с ним.

Северный Кавказ является одной из ключевых точек не только России, но и всего постсоветского пространства, пожалуй, и мира. Поэтому там острее чувствуются многие проблемы государственного устройства и управления России. Так что работа аппарата полномочного представителя  выглядит многозначительно и даже исторически. А принятое несколько лет назад решение о создании нового Северо-Кавказского федерального округа оказалось целесообразным и перспективным, а потому - правильным.

Однако чтобы не заканчивать на такой бравурной ноте, скажем, что, на наш взгляд, Александру Хлопонину еще предстоит сделать, чтобы стать «настоящим кавказцем». Для окончательной стабилизации общественно-политической и социально-экономической ситуации на Северном Кавказе, не говоря уже о новом индустриальном перевооружении с созданием высокорентабельных рабочих мест, власть – региональная и федеральная – должны вернуть доверие народа. В том числе, с точки зрения обеспечения безопасности населения и ведения антитеррористической борьбы.

Северный Кавказ явно нуждается в появлении своего рода «народного фронта», который бы объединил чиновников, общественные организации, научную и экспертную среду, интеллигенцию, деятелей культуры и религий. На площадке этого «народного фронта» могли бы на равных взаимодействовать власть и гражданское общество в выработке и проведении в жизнь совместных решений по укреплению солидарности региона. Задача непростая. Пожелаем Александру Хлопонину с ней справиться.

 

Владимир Зорин - заместитель директора Института этнологии и антропологии РАН, доктор политических наук, профессор

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Афганистан будущего станет для России
49.3% Нейтральным государством
В настоящее время вакцинация от COVID-19 в России добровольна. Вы привились?
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть