Кто вызволит региональные власти из плена ла-ла ленда?

Колесо инерционности в регионах продолжает катиться и катиться. Неужели не ясно, что, выжимая лимон, не получишь томатный сок?
27 сентября 2022  15:47 Отправить по email
Печать

11 июля 2022 года в 16:47 в разделе сайта Министерства экономического развития Российской Федерации «Проекты стратегий субъектов РФ» был опубликован проект Стратегии развития экспорта Кемеровской области — Кузбасса до 2035 года. Подчеркиваю — 11 июля 2022 года. Всплыла уйма вопросов и ассоциаций, и даже не во всем литературных выражений о том, чем у всех нас была занята голова в то время и чем — у региональных госслужащих. Какого-либо желания проанализировать проект, высказаться о потугах на «сверхдальнозоркость» в расчетах динамики объемов и номенклатуры экспортной продукции Кузбасса к 2035 году даже не возникло. Оно всё-таки появилось, но позже, после публикации 19 сентября 2022 года в 11:41 еще одного проекта — Стратегии социально-экономического развития Ростовской области до 2030 года. Как написали разработчики, стратегия «разработана в соответствии с методологической схемой «вызов — ответ», которая определяется преодолением трансформационных процессов, происходящих во внешней среде, — в мире и России». Однако тот глобальный вызов, брошенный нашей стране, напрягающий ум и душу каждого гражданина и патриота России, оказался за пределами размышлений и этих региональных стратегов.

Пришлось разбираться. Оказалось, что публикации кемеровской и ростовской стратегии не одиноки. Весной, летом и осенью этого года опубликовано уже 15 проектов стратегий субъектов Российской Федерации, в том числе: Ханты-Мансийского автономного округа — Югры (до 2036 года с целевыми ориентирами до 2050 года), Челябинской области — до 2035 года, Чукотского автономного округа — до 2030 года, Свердловской области — до 2035 года, Калужской области — до 2040 года и еще девять проектов. Массовое производство региональных стратегий сейчас вызывает не только недоумение. Бесит, что продолжается процесс в силу тупой чиновной инерции. Оно, конечно, понятно: у аппаратной машины, как и у устаревшего автомобиля, мизерный угол поворота «передних» колес, а у задних колес его вообще нет. Вот аппаратчики и продолжают выжимать лимон, хотя давно уже нужен томатный сок.

Проект Стратегии социально-экономического развития Ханты-Мансийского автономного округа — Югры до 2036 года с целевыми ориентирами до 2050 года размещен на портале Минэкономразвития 23 июня 2022 года, а 6 сентября 2022 года — его доработанный вариант. Проекты сопровождаются Сводными заключениями Министерства экономического развития Российской Федерации, подписываемыми, как правило, заместителем министра Д. Вахруковым. Заключения называются сводными, поскольку основываются на оценках других федеральных органов власти, включая профильные министерства, службы и ведомства. Аппаратные колеса ведомств продолжают крутиться в инерционном режиме, возвращая нас к разговору двух гоголевских мужиков, стоявших у дверей кабака против гостиницы, к которой подъехала красивая рессорная небольшая бричка, и рассуждавших так. «Вишь ты, — сказал один другому, — вон какое колесо! Что ты думаешь, доедет то колесо, если б случилось, в Москву или не доедет?» — «Доедет», — отвечал другой. «А в Казань-то, я думаю, не доедет?» — «В Казань не доедет», — отвечал другой. Этим разговор и кончился. Иначе говоря, что бы там ни происходило, процесс производства региональных стратегий неостановим. Даже и если некоторая часть ФОИВ не направит своих замечаний в Минэкономразвития, то документы согласуются по причине «непредставления в срок заключений». Пока кто-нибудь не прикрикнет.

Министерство экономического развития — ключевое в системе стратегического планирования в нашей стране. Оно обязано быть в авангарде и жить в значительной мере будущим. Однако и там, похоже, некоторые его сотрудники застряли в своем сне. Иначе как объяснить тот факт, что ведомство дает положительные заключения на проекты стратегий, которые разрабатываются на 8–10 или даже на десятилетия вперед? Никому не виден 2050 год. Можно, конечно, всё списать на инициативу с мест. Строго говоря, в соответствии с федеральным законом «О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации» Кемеровская область, как и другие субъекты Российской Федерации, обладает правом «на осуществление международных и внешнеэкономических связей с субъектами иностранных федеративных государств, административно-территориальными образованиями иностранных государств, а также на участие в деятельности международных организаций в рамках органов, созданных специально для этой цели», но строго в рамках законодательства. С согласия правительства Российской Федерации они могут осуществлять такие связи и с органами государственной власти иностранных государств. Решение правительства Российской Федерации о его согласии на осуществление субъектами Российской Федерации международных и внешнеэкономических связей с органами государственной власти иностранных государств принимается на основании обращения органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, содержащего обоснование необходимости осуществления таких связей, при наличии положительного заключения Министерства иностранных дел Российской Федерации, Министерства юстиции Российской Федерации и других федеральных органов исполнительной власти в соответствии с их компетенцией.

Таким образом, ответственность за поощрение процесса разработки стратегий, в том числе экспортной стратегии Кузбасса, лежит на Минэкономразвития. Офтальмологи ведомства должны были оценить болезнь «дальнозоркости» в Кемеровской области, в которой проект стратегии развития экспорта прописан с расчетом до 2035 года. Обратить внимание на то, что написано в самой стратегии: мир существенно меняется, а содержание и уровень возможных изменений в настоящий момент неясны. Какие выводы должны были бы последовать из этого правильного вывода? Всё зависит от амбиций авторов, которые вытолкали их к парадоксу: «В этих условиях важно не столько предсказать такие изменения, сколько сформировать в регионе эффективные механизмы адаптации к любым возникающим вызовам». Стратеги Кузбасса не одиноки. Они следуют за министром Решетниковым и разрабатывают перпетуум мобиле адаптации народного хозяйства к любым возникающим вызовам. Так, министр считает, что в своих прогнозах он учитывает всегда и самые позитивные и самые негативные варианты развития ситуации в экономике, но базовым является сценарий ускоренной адаптации экономики к новым условиям. «Он основан на реализации системных решений правительства, которые позволят уже в 2023–2024 году преодолеть турбулентность и выйти на устойчивый рост». Но надо понимать, говорит министр, что мы используем сценарии в том числе для того, чтобы сравнивать: что будет при реализации тех или иных программ. Поэтому к ним надо относиться как к аналитическим расчетам — что будет, если мы не будем ничего делать.

Экспортные ориентации Кузбасса естественны. Это индустриальный регион России, для экономики которого характерна ярко выраженная экспортная направленность: объемы экспорта из области превышали объемы импорта в регион в среднем в 18,6 раза. В период 2013–2021 гг. средневзвешенные темпы прироста объемов экспорта из Кузбасса составили 2,1%, занимая по итогам 2021 года 4-е место в рейтинговой линейке, уступая по объемам экспорта только таким городам, как Москва и Санкт-Петербург, а также Ямало-Ненецкому автономному округу». Так — было. Теперь, как пишут сами же разработчики, не только в долгосрочной, но и в среднесрочной перспективе, развитие мировых рынков можно определить как сложно прогнозируемое. Происходит переформатирование сложившегося мироустройства и мировой экономики. Острое противостояние по линии Россия — условный Запад, значительное расширение масштабов внешнего санкционного давления на Российскую Федерацию, сохранение в кратко- и среднесрочной перспективе напряженных отношений с большинством западных стран». Так приостановите свои замахи на сверхдалекую перспективу! Тем более, что власти РФ в поисках источников покрытия дефицита бюджета обдумывают введение экспортной пошлины на уголь по аналогии с удобрениями, как сообщает газета «Коммерсант» со ссылкой на источники.

В Челябинской области пошли «дальше» и тоже весьма неосмотрительно. Там решили, что их Стратегия социально-экономического развития на период до 2035 года является «логическим продолжением Стратегии социально-экономического развития Челябинской области до 2020 года». Хотя есть и барьеры: санкции США и товарные ограничения на топливно-энергетические товары и металлургическую продукцию; падение мирового спроса на сырье и металлопродукцию; колебания курсов валют; сложность прохождения и оформления таможенных операций в сфере экспорта; сложность прохождения процедур ветеринарной и фитосанитарной сертификации. Очевидно, документ писался в предыдущие годы, но опубликован-то в конце марта 2022 года! А в июне 2022 года замминистра Вахруков подписывает федеральное согласование по проекту стратегии Челябинской области до 2035 года. Через два дня, 10 июня 2022 года, он подписывает позитивное заключение на новый проект Стратегии социально-экономического развития Рязанской области до 2030 года. Не обращая внимания на то, что в тексте прямо прописываются препятствия, которые к 2030 году не отпадут сами собой, а именно:

«1) недоверие к российским (рязанским) производителям (со стороны дистрибьюторов / конечных покупателей из стран дальнего зарубежья), в том числе из-за ограничений и санкций, введенных отдельными странами;

2) проблемы, связанные с международными перевозками и логистикой:

— высокая стоимость международных перевозок экспортных грузов. В регионе практически отсутствуют свои собственные логистические компании. Большая проблема отправки сборных грузов на экспорт;

— крайне высокая стоимость затрат на доставку мелких партий товаров, образцов, их длительные сроки доставки (АО «Почта России» — большие сроки доставки, DHL и UPS — высокая стоимость);

3) проблемы с получением оплаты, предоплаты от иностранных контрагентов, снижение покупательской способности и количества заказов; риски, связанные с проведением платежей за экспортную продукцию в связи с санкциями против российских банков и ряда компаний;

4) значительное увеличение конкуренции на мировых рынках и изменение в каналах продвижения продукции (сдвиг от выставок в сторону онлайн-продвижения);

5) значительное удорожание импортных комплектующих и расходных материалов, используемых при производстве конечной продукции и ее себестоимости вследствие повышения курса доллара и евро».

Амбиции должны соответствовать амуниции. Аудитор Н. А. Трунова говорит:

«Рост доходов многих регионов осенью сильно замедлится. В силу конъюнктуры мировых цен у нас небывалый профицит консолидированного бюджета по итогам первого полугодия — порядка 1,2 триллиона рублей. Это действительно беспрецедентные цифры, но 42% этого профицита приходится всего на три региона. 16 регионов у нас закончили полугодие с дефицитом. Это затронет регионы, в которых металлургический сектор занимает существенную долю в экономике: они получили высокие доходы в первом квартале за счет поступлений от налога на прибыль за прошлый год, но сейчас Европа закрылась для российских металлургов. То же самое касается и регионов, зависящих от добычи и экспорта углеводородов. Нужно минимум два-три года для того, чтобы увеличить внутреннее потребление металлопродукции. И какое-то время уйдет на перенаправление поставок ТЭК».

Предложение к Минэкономразвитию страны такое: надо притормозить производство текстов стратегий, которые рассчитываются на 10–20 лет вперед. Сейчас абсолютно уместен призыв Министерства финансов к регионам формировать резервы. И нужно сосредоточиться в работе над национальными целями развития, определенными президентом Российской Федерации В. Путиным. Именно на этом направлении нужно и пот проливать, и извилины напрягать, применяя методологию «вызов — ответ».

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Войска России оставили российский Херсон. Вы одобряете это решение?
После вхождения ЛДНР, Запорожской и Херсонской областей в состав РФ, оставшиеся области бывшей УССР
52.6% Украина перестанет существовать как субъект на политической карте мира
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть