А не станет ли Украина «политической сублимацией» Турции?

Турецкой политике необходима сублимация, под которой в политике следует понимать перенаправление энергии на достижение приемлемых целей
23 января 2021  10:24 Отправить по email
Печать

Прямых поводов для такого предположения нет. А вот причин его возникновения достаточно – от логики до истории. Поэтому «Praemonitus praemunitus»: тот, кто «предупрежден» о неблагоприятной возможности, тот «вооружен» и имеет больше шансов эффективно на нее отреагировать.

Можно по-разному относиться к внешней политике Турции, но трудно ее не уважать. За последнее десятилетие Анкара мощно, с территориальным приращением, вошла на Ближний Восток. Без приращений, но военно-политически заявила о себе в Закавказье. Значимо — в Сирии. Скандально, но бесстрашно — в Восточном Средиземноморье. И на сегодняшний день «Великий Туран» от Средиземноморья до российской Тывы и китайской Уйгурии это уже не теоретический конструкт, а совершенно реальная политическая перспектива, которая должна напрягать и Россию, и Китай, и Иран, и Афганистан, и иже с ними.

«Западная атака» Анкары с ее претензиями на ресурсы Восточного Средиземноморья наткнулась на пассивное, но корпоративное сопротивление Евросоюза и на сегодняшний день приостановлена. Свои агрессивные позы Турция заменила тем, что в западной прессе сейчас называют «charm offensive», «очаровательное наступление». Уже в средине января Европа (точнее — МИД Германии) приветствовала «тот факт, что с начала года из Турции поступают признаки разрядки — не только в форме слов, но и дел. Тот факт, что Турция и Греция объявили, что они возобновят предварительные переговоры 25 января, которые были приостановлены с 2016 года, является важным первым шагом. Досрочное прекращение сейсморазведки у берегов Кипра, вызванное выводом исследовательского судна Barbaros, также является положительным сигналом для Анкары».

Снижение напряжения подтвердил и факт визита в Брюссель министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу и его встреча с главой ЕС по внешней политике Хосепом Борреллом. Большая Европа сейчас ведет себя предельно осторожно и старается не раздражать Анкару. В европейских СМИ заметили, что в прямом эфире своих заявлений для прессы Боррелл прямо не упомянул о какой-либо озабоченности по поводу прав человека, но позже это было добавлено в официальную стенограмму. Поэтому общее впечатление от этой встречи осталось самое благоприятное. И можно сказать, что Евросоюз остановил «атаку Эрдогана». Пока остановил…

И это должно вызывать искреннюю озабоченность «неЕСовских» стран, в первую очередь — Молдавии, Украины, а также небольших балканских стран. Потому что нынешняя политика Турции — это восстание против существующего геополитического расклада. А при любом восстании, вспомним Ленина, «надо добиваться ежедневно хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно…), Поддерживая, во что бы то ни стало, «моральный перевес» (Советы постороннего, 1917 год). В активных внешнеполитических действиях Турции грядет некая пауза, поскольку в Восточном Средиземноморье их притормозили европейцы, в Закавказье — русские, в Сирии — русские, иранцы и курды. А такие действия не приемлют длинных пауз.

То есть турецкой политике необходима сублимация, под которой в политике следует понимать перенаправление энергии на достижение приемлемых целей. Приемлемой целью для политического давления для Турции сейчас является именно Северное Причерноморье.

Во-первых, потому что у них есть прямая морская граница с Турцией (у Молдовы — через порт Джурджулешты). Значит, на территорию объекта действия облегчен доступ, даже во время КОВИДа.

Во-вторых, потому что и Молдова, и Украина откровенно слабы, а слабым легко диктовать условия. На дипломатические договоренности рассчитывать особо не стоит, потому что одно из определений дипломатии — это «искусство поглаживать пса, пока не будет готов ошейник».

В-третьих, потому что Украина уже в определенной мере находится под властью турецкого административного аппарата. Варфоломей I — это для нас «Вселенский патриарх», для турецких мусульман — это всего лишь Димитриос Архондонис, не более чем не самого высокого ранга чиновник, ответственный за поведение части турецких христиан. Порошенковский «Томос об автокефалии» сделал этого чиновника каноническим владыкой украинской территории.

В-четвертых, потому что Эрдоган готов к действиям в причерноморском направлении. Анкара отказывается признавать Крым российским — это да, но многие помнят опубликованную в октябре прошлого года информацию о том, что «Эрдоган не считает Крым российским. Но он также не считает его принадлежащим Украине. Согласно Эрдогану, в1783 году Россия несправедливо отняла Крым у Османской империи, и эта земля должна быть возвращена современной Турции» (ресурс HABLER, 19.10.2020). Даже если этот материал из «Habler» является фейком (хотя он до сих пор висит на странице), то во время стамбульского визита президента Зеленского трудно было не заметить, что Эрдоган все время сворачивал на тему защиты интересов не столько Украины, сколько крымских татар. А татарское ханство XV—XVIII веков — это не только полуостров, но и степная зона современной Украины от нижнего течения Днепра до восточной границы. И с 1478 по 1774 год Крымское ханство было вассалом, протекторатом Турецкой Империи. Вместе со своей материковой частью.

В-пятых, потому что земли к западу от Днепра—Южного Буга с точки зрения турецкой историографии — это непосредственно турецкая территория: три полноценных санджака с центрами в Аккермане, Очакове и Бендерах. И уйти оттуда турок русские заставили только в начале XIX века, по Бухарестскому миру 1812 года. Так что если с собственно Крымом Эрдогану пока будет сложно (в силу российской «ядерной триады»), то ему есть что окидывать алчным тюркским взглядом на территории современной Украины.

В-шестых, потому что если Эрдоган захочет поиграть в защитника исторической справедливости в отношении украинских земель, то у него может появиться много соратников в этой игре. Безграмотный украинский МИД за последние годы загнал страну в противостояние по всему периметру границ, а ведь у всех соседей есть к Украине исторические территориальные претензии: у Польши (Галичина и Волынь), у Венгрии (Закарпатье), у Румынии (Буковина и Бессарабия). А прижмет — и Литва вспомнит о претензиях на Киев по праву победы в битве на Ирпене в 1325 году.

Перечисление можно продолжать, и приводит оно к единому результату. Сама логика происходящего процесса («внешнеполитическое восстание Турции») приводит ее к необходимости усиления давления на самое слабое звено окружившей ее цепи «заклятых друзей»: сублимация она везде едина.

Таким слабым звеном сейчас является Северо-Западное Причерноморье. Украина оказывается в самом опасном положении: от России она ушла бегом, западных соседей распугала, а для Евросоюза Реджеп Эрдоган ныне куда более важный и желанный гость, чем Владимир Зеленский.

Так что рассчитывать Украине можно только на США, хотя и Вашингтону авиабаза Инджырлык стратегически важнее, чем все «герои Достоинства» вместе взятые. Ну или на обострение восточносредиземноморского противостояния.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в Дзен.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
В настоящее время вакцинация от COVID-19 в России добровольна. Вы привились?
60.4% Нет
Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) для России?
Подписывайтесь на ИА REX
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть