В деле паршивой овцы не хватает Счётной палаты

9 марта 2020  10:40 Отправить по email
Печать

Жителей Центральной и Северо-западной части России, хозяйства Северо-Кавказского (СКФО) и Южного (ЮФО) федеральных округов могут оставить без баранины, даже несмотря на ее высокую цену. Такой неутешительный прогноз был на днях опубликован изданием «Коммерсантъ», которое сообщило о том, что у производителей баранины указанных округов, где выпускается более половины этого мяса в России, начинаются серьезные проблемы. Из-за действий Россельхознадзора им фактически запрещено вывозить продукцию в Центр и на Северо-Запад РФ. Якобы часть ретейлеров уже столкнулась с перебоями поставок баранины. Россельхознадзор пояснил, что изменения вводятся для подготовки досье для Международного эпизоотического бюро (МЭБ; признано ВТО и занимается охраной здоровья животных). Сейчас МЭБ не признает за округами никакого статуса. Между тем представитель Россельхознадзора подчеркнул, что прямого запрета нет, речь идет только об «установке условий перемещения». В соответствии с документом, размещенном на портале ведомства, запрещен вывоз из регионов СКФО и ЮФО живых диких и племенных животных. Необработанное мясо, продукты переработки, а также молоко и молочные продукты разрешается вывозить, только если товар импортирован из признанной благополучной МЭБ страны или зоны.

По прогнозу эксперта издания, процесс признания МЭБ регионов благополучными может затянуться до середины 2021 года, международные нормы нанесут существенный урон бизнесу производителей мяса баранины ЮФО и СКФО, где выпускается почти 60% всего объема российской баранины и приведут к дефициту и, соответственно, к росту цен внутри рынка.

В свою очередь отметим, этот прогноз не только сильно преувеличен, но и далек от реального положения дел, возможно, имея под собой цель — создать панику и отыграть события «назад». С чем, пожалуй, можно согласиться, так это с тем, что ограничения могут нанести урон бизнесу. Если присмотреться, то вполне можно обнаружить интересные моменты — за несколько последних лет бизнес производителей баранины Юга и Кавказа страны уже давно привел к росту цен на баранину внутри рынка. Для них, судя по всему, баранина стала своеобразной нефтью, которую реэкспортировали, причем, возможно, за бюджетный счет.

На днях портал Donday сообщил, что в Ростове-на-Дону, столице донского края, который входит в число регионов, развивающих овцеводство, самыми дорогими продуктами в регионе являются творог и баранина. Мясо баранины здесь стоит 410 рублей за килограмм. Донская столица не единственная, где цена за баранину считается высокой. Новостной портал Будни Кавказа еще год назад рассказывал, что махачкалинцы покупают баранину по 400 рублей за килограмм, и это в Дагестане, регионе — лидере по овцеводству. Дагестанское издание сетовало на то, что рост цен мог вызвать именно рост экспорта баранины в Иран и задавалось вопросом, мол, какой прок от экспорта баранины, если на российском рынке спрос не удовлетворен, да и цена высокая, что, по сути, должно быть выгодно бизнесу априори. К слову, в зависимости от породы овец, прибыль может приносить не только реализация мяса, но и шерсти.

О том, что именно рост экспорта породил нехватку предложения баранины на внутреннем рынке и, соответственно, повлек рост цен, весь прошлый год трубили различные СМИ и эксперты. Эксперты портала Meatinfo, утверждали, что к росту цен привели поставки мяса в Иран.

Напомним, в конце 2016 года в ходе визита в Тегеран делегации Минсельхоза РФ, в бытность министром Александра Ткачева, велись переговоры об увеличении поставок в Иран российского зерна, мяса птицы и некоторых других сельхозпродуктов. Достигнутые договоренности стали продолжением серии соглашений между российскими производителями и мусульманскими странами. В середине 2017 года Иран принял решение открыть свой рынок охлажденной говядины и баранины для российских поставщиков. Одной из причин наращивания импорта Ираном мяса называлась неэффективность собственной переработки. По данным Организации ООН по продовольствию и сельскому хозяйству (FAO), Иран ежегодно теряет 300 тысяч тонн мяса в виде отходов. И этот момент тоже стоит зафиксировать отдельно, так как Россия, по сути, экспортирует в Иран сырье, а не переработанное мясные продукты из баранины, то есть нашей стране тоже есть куда стремиться на пути развития перерабатывающей промышленности. Вероятно, и у нас тоже остается много отходов, но нам об этом достоверно неизвестно.

Цифры экспорта мяса баранины в Иран поражают видавшего виды: если до 2017 года объемы российского импорта баранины превышали объемы экспорта (например, в 2017 году по физическим объемам в 6,8 раза, а в 2014 году и вовсе в 224,2 раза), то уже в 2018 году экспорт вырос в 27 раз по сравнению с уровнем 2017 года, и впервые экспорт баранины превысил импорт (причем по физическим объемам — в 4 раза). В 2019 году, несмотря на высокую базу предыдущего периода, экспорт продолжал расти. При этом цифра по росту производства овец и коз — удивительна — за последние 6 лет до 2018 года — она составила всего 12%. Возникает вопрос: «что же экспортировали овцеводы, если экспорт рос быстрее производства»?

Судя по данным Росстата и ФТС, опубликованным за первые 7 месяцев прошлого года, наращивание экспорта баранины привело к изменению баланса ресурсов в целом по стране: производство баранины в России за указанный период составило 6,1 тыс. т (+27,4% в годовом выражении), а вывоз — 6,2 тыс. т (+18,03% в годовом выражении). Отмечалось, что экспорт растет существенно более высокими темпами, чем производство (по сравнению с январем-июлем 2017 года): физические объемы экспорта баранины выросли почти в 47,5 раза, производство увеличилось лишь в 1,7 раза, что опять же, как говорили специалисты, не может не оказывать давления на внутренние цены. Оказывается, поставки за рубеж превышали объемы производства из-за реэкспорта, а с учетом импорта в стране остается лишь 1,5 тыс. т баранины.

И да, надо сказать, что в августе прошлого года ТАСС сообщал, что Иран был готов рассмотреть увеличение закупок баранины в регионах Северо-Кавказского федерального округа. В пресс-службе Министерства РФ по делам Северного Кавказа тогда отмечали, что в округе необходимо наращивать объемы производства продукции. То есть речь велась не просто о реэкспорте, или повальном экспорте всех овец, а именно о необходимости наращивать объемы производства продукции для удовлетворения спроса. Но увы, как обычно водится, дела в пошли не так!

3 февраля этого года первый заместитель министра сельского хозяйства РФ Джамбулат Хатуов провел в режиме видеоконференцсвязи совещание, где были рассмотрены вопросы, связанные с развитием подотраслей овцеводства и козоводства, эффективностью мер государственной поддержки на производство баранины и шерсти, об откорме животных на убой и состоянии перерабатывающих предприятий. Министр сельского хозяйства Калмыкии Санал Адьяев, докладывая о ситуации в регионе, отметил, что в рамках Соглашения по единой субсидии на 2019 год целевой показатель по численности маточного поголовья овец и коз в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах, включая индивидуальных предпринимателей, в республике установлен в количестве 1209,0 тыс. голов. Предварительно, по состоянию на 01.01.2020 целевой показатель составил 1 144 161 голов или 92,3% по сравнению на 01.01.2019 поголовье составляло 1 239 226 голов. Численность маточного поголовья овец и коз сократилась на 95 065 голов или 5,4% к целевому показателю. Основными причинами снижения численности овцепоголовья стали: превышение научно-обоснованных норм нагрузки на пастбища более чем в два раза, что отрицательно повлияло на состояние пастбищ. А также крен хозяйств в пользу развития растениеводства.

Странно, не правда ли, государство стимулирует-стимулирует, а всё чего-то не хватает. И здесь, подчеркнем, речь идет не столько конкретно о Калмыкии, сколько в целом о тенденции.

Лидером по выращиванию овец является Дагестан, на который приходится почти четверть всего российского стада, при этом по сравнению с 2017 годом поголовье овец здесь сократилось на 1 миллион голов. Второе место уверенно занимает Калмыкия. Замыкает тройку лидеров — Ставропольский край, где также статистически сократилось поголовье овец на 9% по сравнению с 2017 годом. В числе активно развивающих овцеводство также такие регионы как: Астраханская, Ростовская и Волгоградская области, республики Карачаево-Черкесия, Тува. Рост поголовья овец отмечается Кабардино-Балкарской Республике, на Алтае, в Забайкалье, Башкирии, Татарии, Хакасии, Оренбургской и Саратовской областях.

То, что экспорт вырос за счет реэкспорта — понятно, видимо, валютный курс позволял проводить такие сделки. Но, может быть, дело не только в этом? Как так получилось, что при господдержке отрасли поголовье овец снижается? Может быть региональным сельхозведомствам выгодна такая статистика, которая позволит обосновать необходимость роста государственных дотаций для развития отрасли? Или сами хозяйства мудрят со статистикой, портя репутацию местных чиновников? Может быть, оказываемая господдержка неэффективна или, может, — «не в коня корм»?

Так, например, из отчета о реализации государственной программы Ростовской области «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия» за 2018, размещенного на сайте правительства Ростовской области, следует, что оказанная государственная поддержка развития овцеводства и племенного животноводства способствовала сохранению маточного поголовья овец и коз к уровню 2017 года, а также сохранности племенного поголовья сельскохозяйственных животных. Возникают вопросы: «Госпомощь только лишь способствовала сохранить уровень маточного поголовья овец к уровню предыдущего года? А как же наращивание поголовья? Что мешает его наращивать?» Думается, ответ на этот вопрос у чиновников может быть только один: мало денег, точнее — всегда найдутся проблемы, борьба с которыми требует увеличение финансирования. Пример тому — вышеприведенная цитата министра сельского хозяйства Калмыкии Санала Адьяева.

Тут стоить обратить внимание еще на один момент: по словам Адьяева, в 2019 году в Калмыки прекратили свою деятельность 159 крестьянских (фермерских) хозяйств, не представили статистическую отчетность за 2019 год 112 КФХ, занимающихся разведением сельхозживотных. В которых сократилось поголовье овец по КФХ — на 83 176 голов, по сельхозпредприятиям — 53 595 голов. Далее он подчеркнул, что есть надежда, что стимулирование развития подотрасли овцеводства позволит выполнить установленные показатели.

Интересно, хозяйства, прекратившие свою деятельность, являлись получателями госсубсидий? Если да, то они должны были вернуть эти субсидии. Напомним, что согласно законодательству, субсидии или их часть возвращаются в бюджет, если хозяйства не достигли целевых показателей или прекратили свою деятельность. Но даже, если они их вернули, то согласитесь, их использование позволило хозяйствам и закупить овец и продать их или мясо на экспорт по более выгодной цене, играя на валютном курсе. То есть, по сути, не исключено, что хозяйства могут прокручивать субсидии, получать весомую прибыль и достаточно безболезненно возвращать эти субсидии обратно в бюджет. С кредитными финансовыми ресурсами под высокие ставки такие дела не провернуть.

Но, подчеркнем, это наши предположения. Вероятно, подтвердить которые или опровергнуть могут лишь контролирующие органы. Счетная палата, могла бы проверить целевое использование государственных средств.

Отметим, что еще в 2014 году «Российская Газета» сообщала о том, что Государственная программа развития сельского хозяйства на период до 2020 года предусматривает, в частности, развитие овцеводства и козоводства. По индикаторам госпрограммы поголовье мелкого рогатого скота в стране должно составлять 28 миллионов голов. Показатель достигнут или потребуется рост финансирования развития отрасли при реализации стратегии до 2025 года? Но стоит ли наращивать финансирование, если пока нет ясности, отчего же поголовье овец снижается при росте экспорта и неудовлетворенности спроса на внутреннем рынке?!

Вероятно, ограничения Россельхознадзора введенные в связи с международными нормами, могут вызвать ограничения экспорта из Южных и Северо-Кавказских регионов, что возможно позволит им до 2021 года всё-таки заняться развитием овцеводства и подумать о развитии переработки, если они хотят продолжать выступать экспортерами. В любом случае, думается, с данными ограничениями реэкспорт из того же Ирана станет невозможным, так как страна не является членом ВТО.

Что же касается цен на баранину на внутреннем рынке, то, как вы понимаете, вышеобозначенные прогнозы об ожидании их роста в связи с ограничениями не вполне обоснованы, так как экспорт из этих регионов, который и вызвал рост цен, по сути, тоже должен сократиться.

Опасение может вызывать скорее факт того, что пока российские производители будут подстраиваться под международные нормы, их место на внешних рынках мусульманских стран может занять Монголия, которая в отличие от наших производителей выжимает максимум из возросшей государственной поддержки, демонстрируя очень высокие результаты развития отрасли овцеводства в короткие сроки.

Ранее на сайте ИА REXЕсли у чиновника в РФ недвижимость за рубежом — он агент, а не чиновник

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Поддерживаете ли Вы введение более жёстких мер по соблюдению Режима самоизоляции?
57.1% Нет
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть